На холме не видно было ничего, кроме голого камня. Торак подполз к вершине холма. Ничего.
Только обломок древнего дерева на западном склоне, который все еще цеплялся корнями за наводненные демонами трещины. Юноша подумал о своем отце, который послужил причиной событий, что привели его сюда. Он был потрясен, осознав, что едва помнит лицо Па.
Свет потихоньку возвращался на небо, и Торак заметил на росе слабый след чьего-то башмака. Обнажив нож, он пошел по следу вокруг холма и вышел на свес над их укрытием. У самого края он нашел небольшую горстку мелкого серого пепла. Он нахмурился. Кто-то насыпал его с осторожностью, словно подношение. Кто-то, кто наблюдал за ними ночью.
Он уловил мимолетное движение в тумане над рекой. Его сердце сжалось.
Кто-то стоял на берегу и смотрел на него. Лица было не различить, только длинные, светлые волосы. Рука поднялась. Палец указывал на него. Осуждающе.
Торак коснулся мешочка с целебными травами на бедре и почувствовал очертания рожка, что лежал внутри него. Убрав нож в чехол, он стал спускаться с холма. Ему было жутко встретиться лицом к лицу с призраком Бейла. Но, может быть, он поговорит с ним. Может, ему удастся извиниться.
Птицы умолкли. По обе стороны от следа в туманной белой дымке плыли верхушки цикуты.
Он услышал чьи-то шаги, приближавшиеся к нему.
Человек с расширенными от ужаса глазами вывалился прямо из тумана и бросился к нему.
— Помоги мне, — задыхаясь, крикнул он, сжимая куртку Торака и заглядывая ему за спину.
Пошатнувшись под его весом, Торак уловил смрадный запах крови и страха.
— Помоги мне! — умолял человек. — Они… они…
— Кто? — спросил Торак.
— Люди из Сердца Леса! — Человек махнул своей культей, забрызгав лицо Торака кровью. — Они отрезали мне руку!
— Идти туда — безумие, — прорычал мужчина, когда Ренн закончила перевязывать его культю.
Он перестал дрожать, но съеживался всякий раз, когда потрескивали угли.
Он сказал, что его зовут Гауп из племени Лосося. Его куртка и штаны были сшиты из запачканной рыбьей кожи, подшитой беличьим мехом, на одной щеке была нанесена волнистая татуировка его племени. На шее он носил повязку из почерневшей от пота лососиной кожи, и в его светлые волосы были вплетены маленькие рыбьи косточки, что напомнило Тораку о Бейле.
— И это сделали люди из Сердца Леса? — спросил Фин-Кединн.
Изможденный, он сел, опершись спиной на скалу, и дышал, плотно стиснув зубы.
— Они поклялись, что если увидят меня снова, то отрежут мне голову.
— И все же они позаботились, чтобы ты выжил, — сказала Ренн. — Они прижгли рану горячим камнем, чтобы ты не умер от потери крови по дороге.
— И мне что, теперь поблагодарить их за это? — буркнул Гауп.
— А как насчет поблагодарить Ренн за то, что зашила тебе рану? — сказал Торак.
Гауп недобро посмотрел на него. Он и Торака не поблагодарил за то, что тот помог ему добраться до укрытия, дал воды и еды. А от Торака не укрылся мазок пепла на задней стороне его башмака.
Но вслух Торак произнес:
— Когда ты был в Сердце Леса, ты видел там человека в долбленке? Большого мужчину, очень сильного.
— А мне какое дело? — огрызнулся Гауп. — Я искал свое дитя! Ей лишь четыре года, а они забрали ее!
Торак взглянул на Ренн. Она думала о том же, о чем и он. Пожиратели Душ забирали детей в качестве вместилища для демона. Чтобы создавать из них токоротов.
Фин-Кединн зашевелился, меняя положение. По лицу его Торак понял, что в голове его бешено кружатся мысли.
— Отрезать руку, — промолвил он, — это наказание из недобрых времен после Великой Волны. Племена давным-давно запретили его. Кто сделал это с тобой?
— Племя Зубра.
— Что? — На лице вождя племени Ворона читалось недоверие.
— Я думал, они помогут мне, — сказал Гауп. — Они дали мне еды. Разрешили отдохнуть у своего костра. А потом объявили, что я заодно с племенем Лесной Лошади. Обвинили меня в том, что я краду их детей.
«Снова краденые дети», — подумал Торак. Похоже, бегство Тиацци в Сердце Леса превращалось во что-то посерьезнее.
— Они сказали, что это все начало племя Лесной Лошади, — продолжал Гауп. — Люди племени Лесной Лошади зарыли жезл с заклятием и объявили, что земля между Черной Водой и Извилистой Рекой принадлежит им. Племя Зубра сожгло жезл с заклятием. Тогда колдун племени Лесной Лошади умер от болезни, и новый колдун нашел дротик в трупе. Теперь все племена разделились, кто на чьей стороне. Все обязаны носить повязку на голове: зеленую носит племя Зубра и Рыси, коричневую — племя Лесной Лошади и Летучей Мыши. — Он подозрительно покосился на повязку Торака из заячьей шкуры.