Тяжело дыша от нетерпения, он широкими прыжками помчался сквозь Лес. Когда наступил Свет, он перепрыгнул маленькую Быструю Мокрую и с брызгами врезался в большую. Большой Бесхвостый будет в безопасности с воронами. И Волк оставит его совсем ненадолго.
Вороны перелетали с дерева на дерево, топорща перья на голове и издавая гулкое предупредительное постукивание.
«О чем они предупреждают?» — подумал Торак.
Когда занимался рассвет, он ушел от Извилистой Реки и направился на север к стоянке племени Благородного Оленя. Ветер набегал порывами, деревья стонали. Его дурные предчувствия все усиливались: от напряжения в груди было тяжело дышать.
Другие тоже это чувствовали. Птицы косяками летели по небу: сойки, сороки, вороны. Олени галопом промчались мимо, едва свернув, чтобы обогнуть его, словно спасаясь от большей опасности. Торак подумал о Ренн и ускорил шаг.
Впереди из-за рябины показался силуэт, и он узнал женщину из племени Благородного Оленя с повязкой из коры на голове. Она вздрогнула, затем переборола смущение и побежала к нему.
— Наконец-то! — воскликнула она с застенчивой улыбкой. — Мы везде тебя искали!
— Что случилось? — спросил он грубо. — С Ренн все в порядке?
— Она в безопасности с остальными, мы о тебе беспокоились. Мы не знали, куда ты ушел.
Они поднимались по тропе, женщина замешкалась где-то позади, Торак побежал вперед. Он услышал отдаленный раскат грома. Первые капли дождя застучали по листьям, и он накинул капюшон. Что-то схватило его за лодыжку и рывком подкинуло в воздух.
Земля опрокинулась так резко, что его затошнило. Когда головокружение прошло, он понял, что висит, подвешенный за одну ногу, на молодой рябине, которая секунду назад была согнута пополам.
«Ах ты глупец, — бранил он себя. — Простая пружинная ловушка, а ты угодил прямиком в нее!»
В ножнах ножа не было. Он лежал там, где выпал, — в пучке лебеды, дотянуться до него было невозможно. В ярости Торак крикнул, чтобы женщина подошла и освободила его.
Она прибежала по тропинке.
— Ты попался в ловушку, — сказала она.
— Это и так понятно! — рявкнул он. — Освободи меня!
Ее руки бессильно повисли вдоль тела.
Неужели разум совсем покинул ее? Рыча от безысходности, Торак схватился за веревку, которая плотно обвила его левую лодыжку. И упал назад со стоном.
— Освободи меня!
— Нет, — сказала женщина.
— Что?!
Веревка скрипнула. Дождь застучал по листьям.
«Только это не дождь, — вдруг понял он. — Это пепел».
Хлопья пепла кружились, словно грязный снег. И это сияние в небе было неправильным, рассвет должен был заниматься в другом месте. Но это зарево горело не с востока, а с запада.
— Это огонь, — сказал он. — В лесу пожар.
— Да, — подтвердила женщина изменившимся голосом.
Свисая вверх ногами, Торак смотрел, как она снимает кору, которой была повязана ее голова, и трясет длинными, пепельно-серыми волосами.
— Огонь выбрался на свободу, — сказала она. — Он пожирает Лес. Избранный освободил его.
Глава двадцатая
Словно рыба на крючке, Торак свисал с дерева, а темнеющее небо превращалось в злое рыжее зарево, которое не имело никакого отношения к солнцу.
— Ты не можешь оставить меня здесь, я же сгорю! — воскликнул он.
— Ты отступник, — сказала женщина. — Ты должен сгореть в огне.
— Почему? Что я сделал?
Согнувшись пополам и подтягиваясь на веревке, Торак схватился за ближайшую ветку. Она сломалась. Он упал обратно, ободрав ногу.
— Что я сделал?
Присев на корточки, женщина смотрела на него. Ее лицо было покрыто волдырями и шелушилось, и в ее глазах без ресниц он разглядел хитрость, спрятанную за безумием.
— Избранная наблюдает за ним, — прошипела она. — Она видит, как он будит огонь камнем, видит, как он оскорбляет его. Она знает.
— Что тебе нужно?
Она облизнула потрескавшиеся губы, и он увидел, что пепел осел в уголках рта.
— Служить Повелителю, и через него снова познать огонь. Алый, настолько чистый, что превращает все остальное в серое…
— Но Повелитель хочет править Лесом, — выдохнул он. — Он не может желать, чтобы ты уничтожила его!
Она улыбнулась.
— Повелитель говорит следить за отступником, но Избранная сделает больше. Она отдаст его огню.
— Постой, — сказал он, отчаянно пытаясь заставить ее остаться с ним. — Это… это Повелитель сделал тебя Избранной?