Чтобы убраться с их дороги, он забрался на возвышенность, откуда наблюдал, как лошади пронеслись мимо. Их густой запах наполнял его ноздри, но Волк был слишком несчастен, чтобы соблазниться им или заинтересоваться, что заставило их сняться с места.
Когда они пробежали мимо, он снова соскользнул обратно к маленькой Неподвижной Мокрой.
Земля вокруг Волка была взрыта копытами лошадей, и она прилипала к его лапам холодными, сырыми комьями. Ему было все равно. Он раздумывал, услышит ли Большой Бесхвостый лошадей вовремя, чтобы убраться с их дороги. Слух и обоняние у Большого Бесхвостого тоже были неважными, а теперь у него больше не было брата, который предупредил бы его.
Безвольно опустив хвост, Волк стоял на краю Неподвижной Мокрой и видел, как волк, который живет в Мокрой, смотрит на него. Это был очень странный волк, у него не было запаха. Это пугало Волка еще в ту пору, когда он был детенышем, но вскоре он понял, что этот волк не опасен, потому что всегда отступает, когда отступает он сам.
Сейчас волк в Мокрой выглядел таким же несчастным, каким ощущал себя Волк. Чтобы подбодрить его, Волк слабо завилял хвостом, и волк в Мокрой тоже завилял хвостом в ответ.
А затем произошло нечто очень странное. В Мокрой показался еще один волк, он встал рядом с первым.
Только этот второй волк был черным.
Глава тридцать вторая
Темная Шерсть стояла неподвижно, ожидая, что сделает Волк.
Волк тоже стоял неподвижно. Его когти вонзились в грязь. Шкура подрагивала от возбуждения.
Темная Шерсть слегка махнула хвостом.
Волк поднял морду и потянул носом воздух.
Медленно Темная Шерсть подняла переднюю лапу и потрогала его за плечо.
Они соприкоснулись носами.
Волк схватил ее зубами за загривок. Она замахала хвостом и заскулила, показывая ему брюхо. Он отпустил ее, и они оба упали и стали кататься по земле, слившись в грязный шерстяной комок когтей и клыков. Они гонялись друг за другом из Мокрой и обратно, Волк приветственно пощелкивал пастью у ее боков, а Темная Шерсть поскуливала от удовольствия и щелкала пастью в ответ. Она высоко подпрыгнула, и ее черная шкура блеснула Мокрым, затем изогнулась и толкнула его, а он погнался за ней вверх по берегу и обратно, вдыхая ее пьянящий, сильный запах, самый прекрасный запах на свете.
Темная Шерсть потрогала лапой листья на поверхности Мокрой, и они похлебали ее, затем вместе легли передохнуть. Тяжело дыша, она поведала, как скучала по нему, и как потому оставила стаю, чтобы найти его. С тех пор Свет много раз сменял Тьму, а она все вынюхивала и выслушивала, звала его, и ей даже показалось, что он ответил, но затем пришел Яркий Зверь и съел все запахи.
Волк закрыл глаза и услышал, как тихий ветерок колышет ее мех. Он почувствовал удивление, счастье и грусть.
Темная Шерсть была умна и быстро почувствовала его печаль.
«Почему ты грустишь? — спросила она. — Где тот, у которого нет хвоста?»
Волк поднялся и встряхнулся.
«Он не волк. Он мне не брат».
Темная Шерсть удивленно повела ухом.
«Но мы играли вместе. Он был твоим братом. Так не бывает».
Волк шагал взад-вперед. Он нашел интересную палочку и бросил ее перед ней, как подарок. Темная Шерсть не обратила внимания. Она поднялась и толкнула его носом в плечо.
«Помнишь, когда детеныши пытались съесть его верхнюю шкуру, а ты остановил их? И я дала ему рыбью голову?»
Боль была так сильна, что Волк заскулил. Конечно же он помнил тот солнечный день, когда он и Большой Бесхвостый были частью стаи с Горы, когда плавали вместе и были счастливы.
Темная Шерсть потерлась хвостом о его плечо и выдохнула ему в загривок:
«Я гналась за лошадьми. Там есть сочный маленький жеребенок. Я почти поймала его, но его мать лягнула меня. Давай охотиться!»
Волк повернул морду по ветру, и запах лошадей заполнил его ноздри. Табун, должно быть, остановился, едва Темная Шерсть перестала гнаться за лошадьми. Они были совсем неподалеку.
Темная Шерсть побежала к деревьям, помахивая хвостом.
«Идем!»
Затем она понеслась за лошадьми — гладкий черный волчий силуэт, пролетающий сквозь заросли крапивы.
Голод заскребся в животе Волка. Он позабыл про свою боль и побежал за волчицей.
Торак почувствовал, как дрожит земля от топота копыт. Лошади бежали в его сторону. Вероятно, что-то напугало их — рысь или медведь.
«Хорошо, — подумал он. — Чем скорее, тем лучше».
Теперь он мог слышать их. Когда табун приблизился, Торак услышал фырканье, храп и треск ломающихся веток. Он сошел с тропы и распластался вдоль ствола березы.