Я покачала головой и отвернулась.
ГЛАВА 22
Я упёрлась локтем о подлокотник в машине Фрэнка, а голову положила на ладонь.
— Сообщили ли Джебу… сообщили ли ему о том, что Эверест… — я не могла закончить это предложение.
— Он позвонил мне, чтобы узнать новости. Сказал, что приедет, но я велел ему оставаться на месте. Что я сам приеду к нему…
А ведь совсем недавно Джебу стало намного лучше. Конечно, улучшение его настроения было вызвано гневом, но всё же.
— Ты и правда не отправляла Эвересту это текстовое сообщение? — спросил Фрэнк после паузы.
Я ненавидела то, что он мне не доверяет. С другой стороны, казалось, что никто, кроме Августа, не доверял мне.
— Клянусь, я этого не делала. Тот, кто написал ему это сообщение, сделал это удалённо.
Фрэнк вздохнул.
— У кого-нибудь был доступ к твоему телефону прошлой ночью?
— У Лиама.
Как бы я ни злилась на Лиама, я знала, что он не отправил бы подобное сообщение с моего телефона.
Фрэнк тоже это знал. После долгого молчания он сказал:
— Ты всё-таки дочь своей матери.
Я оторвала голову от ладони. Это было крайне неожиданно.
— Мэгги была такой храброй. Это сводило твоего папу с ума.
Он снова перевёл взгляд на дорогу за лобовым стеклом, и на его лице промелькнула эмоция, которую я никак не могла понять.
— Это сводило с ума очень многих мужчин.
Многих мужчин? О, Боже, надеюсь, он не был тоже в неё влюблён.
Всю оставшуюся дорогу, пока мы не доехали до его уединённого двухэтажного бревенчатого дома в паре миль от штаба, он больше не сказал ни слова. Я смутно помнила, как ходила с родителями в гости к Фрэнку, когда была ещё очень маленькой — это было целую вечность назад.
Прежде чем выйти из машины, он сказал:
— Будь более терпелива с Лиамом. Это период адаптации не только для тебя, но и для него тоже. На него свалился украденный Силлин, а ещё ему надо учиться быть Альфой. Он испытывает сильный стресс.
Я ощетинилась. Я не могла поверить, что он призывал меня к терпению.
Я уже собиралась захлопнуть дверь, когда он добавил:
— И, Несс, будь осторожна. Не натравливай Лиама на Августа. Парни, особенно волки, склонны охранять свою территорию, и они очень ревнивы. Да что уж там, я видел такое и раньше, и хотя та пара не осталась в итоге вместе, в стае произошёл серьёзный раскол.
Ого. А вот и ещё одна резкая смена темы. Я воспользовалась возможностью, чтобы спросить:
— Кто они были?
— Это не имеет значения. Их уже нет в живых.
— Обоих?
И вот тут я уже была уверена, что он был частью того несчастного любовного треугольника.
Фрэнк устремил взгляд на мрачный лес, раскинувшийся за его домом.
— Мне надо ехать в гостиницу. Джеб ждёт.
Как только он произнёс эти слова, в ночи раздался голос, который я так хорошо знала.
— Querida?
Эвелин стояла у входной двери, освещённая мягким светом, льющимся из гостиной Фрэнка. Её бархатный халат был туго повязан на её талии, а чёрные волосы развевались вокруг бледного лица.
Я захлопнула дверцу машины и шагнула в её распростёртые объятия.
Когда Фрэнк уехал, она сказала, приподняв одну бровь:
— Куда он направился в такой час?
Я вздохнула.
— Я даже не знаю, с чего начать.
Она затащила меня в дом, усадила за деревянную кухонную столешницу и начала разогревать воду в кастрюльке на плите, но потом, должно быть, решила не заваривать чай, потому что вылила всё содержимое, достала пакет молока из холодильника и налила немного в кастрюлю. Пока молоко разогревалось, она обхватила мои липкие руки своими руками.
— Расскажи мне всё.
Я так и сделала. Ну, почти. Я не стала рассказывать ей о моём столкновении с членами стаи «У Трэйси». Это просто заставило бы её возненавидеть стаю. Когда я закончила рассказ, молоко начало переливаться через края кастрюли и, попав на огонь, зашипело. Она бросилась к плите, выключила газ и застыла у плиты, сжав губы. Через некоторое время она достала деревянную ложку из терракотового кувшина и сняла пенку с подогретого молока, после чего разлила его по двум кружкам.
Поставив их на стол, она снова села рядом со мной. Я обхватила тёплую керамическую кружку и поднесла её ко рту. Молоко обожгло мои губы и язык. Я поставила кружку обратно, и немного молока выплеснулось через край. Вместо того чтобы вытереть его, я начала водить кончиком пальца по пролитой жидкости, рисуя круги на деревянной поверхности.