— Это твой дом, Август. Тебе не надо уезжать отсюда из-за меня.
Его густые брови нависли над его зелёными глазами.
— Вместо того чтобы поступить в Университет Колорадо, я могу пойти в колледж в каком-нибудь другом штате. Я слышала, что колледж в Новой Англии неплохой.
Стала бы стая платить за колледж за пределами Боулдера, или они оплачивали счета только когда их волки оставались на территории стаи?
Я схватила термос с кофе и поднесла его к губам, затем поставила его на покрывало и легла рядом с Августом.
Он не стал возражать против моего предложения поступить в какой-нибудь далёкий колледж, и мой пупок не начал пульсировать из-за каких-либо подавленных эмоций с его стороны. Что бы я ни чувствовала к нему, это не было взаимно.
Мог ли он почувствовать моё разочарование? Я надеялась, что нет.
Я сжала пальцы в кулаки, а затем снова разжала их, проклиная Мэтта за то, что он вложил те дурацкие мысли в мою голову, а себя за то, что я позволила им там укорениться.
ГЛАВА 28
Операция Изобель прошла гладко, поэтому я пришла навестить её днём.
Несмотря на то, что она была подключена к аппарату ЭКГ, и из-под её бледно-голубого больничного халата торчали дренажные трубки, она улыбалась и выглядела намного лучше меня. Я поцеловала её в лоб, и у меня в носу защипало от сильного запаха антисептика и гнойных выделений, а затем села на стул, который до этого занимал Август и который он освободил для меня.
Мы говорили обо всём и ни о чём: о погоде, колледже, врачах, даже о её работе, которую я должна был взять на себя со следующего дня. В какой-то момент её зашёл повидать Грег. И хотя доктор стаи не оперировал её, он был тем, кто выбирал хирурга. Изобель засмеялась над чем-то, что он ей сказал, и что я не расслышала из-за того, кто только что вошёл в комнату.
Когда наши взгляды встретились, палата и все звуки — непрерывное пиканье кардиомонитора, звонкий смех Изобель, тихий разговор Августа и Нельсона, всё это на мгновение исчезло. Прошло одиннадцать дней с тех пор, как я видела Лиама в последний раз, хотя казалось, что прошёл месяц.
Я опустила взгляд на колени, после чего вскочила на ноги.
— Я пойду, возьму что-нибудь поесть в кафетерии. Кто-нибудь чего-нибудь хочет?
Я всё ещё смотрела на свои ноги, когда все ответили «нет».
Я обошла кровать Изобель и прошла мимо Лиама, чувствуя его повсюду. Его альфа-сущность стала как будто сильнее. Было ли это возможно?
В больничном коридоре я глубоко вздохнула. От множества химических запахов и запахов человеческих болезней у меня зачесался нос, и начали слезиться глаза. Несколько раз моргнув, я достала салфетку из коробки на посту медсестры, чтобы промокнуть влагу.
Кафетерий был полон посетителей, и от шума у меня разболелась голова. Мне нужно было поспать. И подольше. Я надеялась не проснуться завтра утром ни свет ни заря. Я купила сэндвич с ветчиной по завышенной цене, а потом вернулась в крыло, где Изобель должна была провести следующие две ночи. Когда я ела свой сэндвич, холодок пробежал по моим рукам, и причиной был далеко не кондиционер; я почувствовала чьё-то присутствие. Это был кто-то, кого я не хотела видеть. Прищурившись, я обошла коридор, проверив каждый его уголок, пока не остановилась у закрытой двери. Я подошла к ней и попыталась посмотреть внутрь сквозь стекло. В палате было темно. Я прислушалась к звукам, к дыханию, к пульсу — но меня встретила тишина. И всё же мое беспокойство росло. Я глубоко вдохнула, и среди неприятного запаха медицинского учреждения я учуяла знакомый приторный одеколон: Эйдана Майклза.
Я повернула дверную ручку и ворвалась внутрь, надеясь, что причина, по которой я почувствовала его запах, но не увидела его самого, заключалась в том, что он лежал мёртвый на своей больничной койке. Мне не повезло. Кровать была застелена хрустящими бумажными простынями, регулируемый столик над кроватью был начисто вытерт, а жалюзи закрыты.
Должно быть, это была та палата, где он восстанавливался.
Когда я развернулась, чтобы уйти, я врезалась в кого-то большого. С колотящимся сердцем я отшатнулась назад и подняла взгляд. Лиам уставился на меня сверху вниз, стиснув зубы, его глаза потемнели.
Я схватилась за грудь, где бешено стучало моё сердце.
— Ты чуть не довёл меня до сердечного приступа.
Выражение его лица немного смягчилось.
— Хорошо, что мы в больнице.
Какое-то время ни один из нас не произнёс ни слова.
Затем Лиам спросил:
— Как у тебя дела?