Какое отношение к моему отцу имело то, что у Хита была пара…
О…
О.
Я резко закрыла рот рукой.
— Моя мама была спарена с твоим отцом?
Он не кивнул. И ничего не сказал. Просто понаблюдал за тем, что это открытие сделало со мной. И за теми мыслями, что взрывались сейчас у меня в голове.
Моя мама была предназначена отцу Лиама, а не моему папе.
Но она всё же выбрала моего отца.
Она любила его, а не свою пару.
— В своё время это вызвало настоящий переполох, — сказал Лиам, подойдя к кровати и сев на неё. Жёсткий матрац заскрипел под ним. — Твоей маме было шестнадцать, и она уже три года встречалась с твоим отцом. А мой отец… В общем, он не собирался с этим мириться. И парная связь лишь усилила напряжённость. Я не знаю всей истории. Только её обрывки. Мой отец становился злым, когда напивался, но он также любил поболтать, — Лиам провёл руками вверх и вниз по своим бёдрам. — Через месяц или два после установления связи он решил, что действительно хочет быть с твоей матерью, поэтому он попытался увести её у твоего отца. Но Мэгги была влюблена в твоего отца.
Он пристально посмотрел на один из солнечных лучей, который растянулся на скользком и чистом линолеуме.
— Так что, как видишь, я не придаю большого значения парным связям, Несс.
Он снова поднял взгляд на моё лицо. И хотя я больше не зажимала рот рукой, он всё ещё был раскрыт. Я не была уверена в том, закроется ли он когда-нибудь снова.
Моя мама и Хит?
Я вздрогнула.
— Может быть, луна, или волчий Бог — или кто-то сверху, — он небрежно указал на потолок, — устанавливает связи между людьми, но, в конце концов, эти люди всё ещё являются хозяевами своей собственной судьбы. И своих собственных сердец.
Пылинки искрились в воздухе между нами, то появляясь, то исчезая из фокуса.
Лиам долго молчал, как будто понимая, что мне нужны время и тишина, чтобы переварить всё это.
— У вас с Августом есть своя история. И в отличие от моего отца, Август хороший парень, так что я понимаю, если ты смущена тем, что чувствуешь к нему…
Холод, окутавший моё тело, сменился раскалённым, как лава, жаром. Я провела ладонью по затылку, надеясь, что моя прохладная рука охладит его.
— …но не забывай, что ты чувствовала ко мне до того, как появился он.
Как, чёрт возьми, он узнал, что я испытывала противоречивые чувства по отношению к Августу?
Это было так очевидно?
Я не хотела заводить этот разговор с Лиамом, точно так же, как и не хотела заводить его тогда с Мэттом.
Мэтт!
Должно быть, он поговорил с Лиамом. Поделился с ним нашим странным разговором.
Я не могла сейчас с этим справиться. Я моргнула, выйдя из оцепенения, и поспешно направилась к двери.
— И ещё, Несс, — окликнул он.
Я не стала останавливаться. Я просто продолжила идти. Я больше не хотела ничего слышать. Я больше не могла этого выносить.
Но его голос шёл за мной по пятам, звеня в моём сознании: Помни, что то, что ты чувствовала ко мне, не имело ничего общего с магией.
Я зажала уши руками (не то чтобы это могло заглушить его голос) и ускорила шаг, уходя из больницы.
* * *
В тот вечер за ужином я спросила Джеба о том, что сказал мне Лиам, потому что у меня появились сомнения. Я подумала, что Лиам мог вложить эту историю мне в голову, чтобы вернуть меня. Он знал, как глубоко я восхищалась любовью своих родителей, и как сильно я хотела того, что было у них.
Джеб провёл рукой по своим редеющим волосам.
— Как ты узнала?
— Лиам мне рассказал.
Я тыкала вилкой в креветку на своей тарелке, перекладывая её с одной стороны на другую.
— Это правда.
Я оторвала взгляд от креветки.
— Ты бы видела своего отца… — в его глазах появился отсутствующий ранее блеск. — Каллум боялся, что потеряет её, боялся, что она выберет Хита, но Мэгги даже не удостоила Хита взглядом. Твой отец был её первой любовью. Единственной любовью.
Он судорожно вздохнул и, покачнувшись на ногах, собрал наши тарелки, не спрашивая, закончила ли я. Он отнёс их к раковине, соскреб остатки риса и ракообразных в мусорное ведро, а затем тщательно вымыл обе тарелки.
— Настоящая любовь встречается редко, Несс. Но Мэгги и Каллум, у них это было, — добавил он, вытирая руки полотенцем.
— У тебя тоже это было? С Люси. До… всего этого?
— Я думал, что да. Возможно, так оно и было.
Он сложил полотенце, а затем снова развернул его.
— Честно говоря, я уже больше не знаю.
Он поставил тарелки на сушилку, после чего вымыл раковину и столешницу.