Выбрать главу

Я так резко отпрянула от Лиама, что часть моих губ, казалось, должна была остаться приклеенной к его губам. Его тёмные глаза пристально оглядели выражение моего лица и моё тело, задержавшись на руке, прижатой к животу: я опустила руку и сжала пальцы в кулак. Пульсация начала стихать.

— Эрик предупреждал меня об этом, но я думал… — его кадык дёрнулся. — Я думал, что всё будет иначе.

— О чем предупреждал тебя Эрик?

— Он сказал, что твоё тело будет сопротивляться любому действию в отношении тебя, которое не исходит от твоего настоящего партнёра.

Меня охватил ужас.

— Единственное, что может помочь избежать этого — расстояние. Но Август не собирается уезжать, — Лиам вздохнул, и его накачанная грудь слегка опустилась. — Я не знаю, в курсе ли ты, но у его мамы рак груди.

При слове "рак" моя кровь начала закипать.

— Они думали, что она его победила, но он вернулся. И в этот раз болезнь более агрессивна. В любом случае, на следующей неделе у неё должна состояться двойная мастэктомия.

Пронзительное всхлипывание вырвалось у меня из груди раньше, чем я успела зажать рот рукой.

— Чёрт, — он прижал меня к себе. — Я забыл, что именно из-за рака твоя мама…

Он не закончил предложение. Да это было и не нужно. Он провёл рукой по моей голове.

Эта новость потрясла меня, я восприняла её очень близко к сердцу. Теперь я понимала, почему муж Изобель так переживал за неё в гостинице, и почему она выглядела такой бледной на фоне её здорового сына.

— Август сказал, что на этот раз доктора уверены в успехе, но он хочет остаться на время операции. Он пообещал уехать после.

Меня затрясло от боли в груди, которую я испытывала по отношению к Изобель, Нельсону и Августу, и от стыда из-за того, какой я была эгоисткой. Я не только решила, что Август остался из-за меня, но была готова умолять его уехать, чтобы я могла быть близка с Лиамом. Боже.

Лиам запустил руку мне в волосы.

— Он не хотел, чтобы я говорил тебе, так что, пусть это останется между нами.

Я кивнула, всё ещё прижимая костяшки своих пальцев к губам, желая подавить весь тот ужас, что вызвала новость Лиама.

— Это несправедливо, — пробормотала я.

— Жизнь редко бывает справедлива.

И хотя я не могла прочитать его мысли, я почувствовала, что он думал о своей собственной матери, которую забрали у него, когда ему было только восемь, и сделал это его собственный отец-тиран.

— Кстати, о несправедливости, я знаю, что ты ненавидишь Эвереста, и я знаю, что ты хочешь следовать традициям, — я облизала губы, — стаи, но мой кузен оказал тебе услугу. Он разделался с убийцей твоей матери, — я надеялась, что если я преподнесу всё именно так, это может изменить его решение. — Может быть, ты пересмотришь его приговор?

Лиам сжал пальцами мою футболку, словно это была шея Эвереста.

— Моя мать не была частью стаи.

— И что? — меня начало дико трясти от злости. — Разве её жизнь была от этого менее ценной?

— Не путай прощение с честностью.

Его глаза сделались такими чёрными, как будто его зрачки поглотили радужку.

— Мой отец был подлым ублюдком, но он, тем не менее, был моим отцом. Если я позволю твоему кузену уйти безнаказанным, какой из меня тогда Альфа?

— Милосердный.

— Милосердие не добавит мне уважения.

— Это неправда. Умение сострадать это достойное качество для лидера. Я бы уважала тебя за то, что ты проявил сострадание к тому, кто его не заслуживает.

Он перевёл взгляд на блестящую мраморную поверхность шоколадного цвета.

— Не надо, Несс.

— Что не надо?

— Не надо рассказывать мне о том, как руководить стаей. Я здесь Альфа, а не ты.

Его слова задели меня, и я распрямила плечи.

— С помощью таких речей ты можешь заставить стаю уважать себя, но не меня, — я отпрянула от него и пошла в гостиную. — Не меня.

— Куда ты идёшь? — он пошёл за мной.

— На улицу.

Он схватил меня за запястье и развернул к себе.

— Прости. Я не должен был этого говорить. Я просто устал и на взводе из-за всего того, что происходит с тобой, — он указал на мой живот, — я не хотел, чтобы это так прозвучало.

Я уставилась на его пальцы, всё ещё сжимающие моё запястье.

— Я хочу, чтобы ты уважала меня, — он завёл прядку волос мне за ухо, — но я не могу так сразу изменить законы стаи. Не сейчас. Со временем…