Чья-то рука обхватила меня за талию, а другая взяла за локоть.
— Ты уверена, что хочешь спуститься туда?
— Да, — выдохнула я. — Моя сумка? Она у тебя?
— Она в машине.
Последнее сообщение Эвереста сохранилось на моём телефоне.
А мой телефон был в моей сумке.
— Ты не мог бы дать её мне?
Август достал мою сумку, затем перекинул её длинный ремень через моё плечо. Закрыв дверь, он снова взял меня за локоть и повёл к освещённой канаве. Первое, что я увидела, это перевёрнутую машину.
Это был джип Эвереста.
А потом я увидела суровый взгляд Лиама.
— О чём ты думал, мать твою, когда решил привезти её сюда, Ватт? — рявкнул он.
Пожарный рядом с Лиамом поднял голову. Луч от фар грузовика отразился от маленького кольца у него в ухе. Несмотря на его шлем, я узнала Родриго, тёмного оборотня, который большую часть времени хмуро глядел на меня.
— Я заставила его привезти меня, — сказала я.
Хлопнули двери какой-то машины, и к нам подошли ещё два человека: Фрэнк и Эрик. У Фрэнка перехватило дыхание, когда он заметил меня. Очевидно, никто не ожидал, что я приеду.
Эрик ухватился за погнутое ограждение и спрыгнул вниз с головокружительной высоты. Он поскользнулся, но не упал. Он перенёс свой вес на пятки, после чего осторожно направился к останкам машины моего кузена.
К останкам моего кузена.
Фрэнк обменялся многозначительным взглядом с Августом. Он, вероятно, пытался дать понять Августу, чтобы он не подпускал меня ближе. Прежде чем тот успел последовать этой безмолвной инструкции, я отмахнулась от него и направилась к раскуроченному металлическому ограждению и протиснулась мимо балок. Я осторожно спустилась по склону скалистого холма.
Лиам встал передо мной, закрыв собой машину.
— Ты не должна быть здесь, — прорычал он.
— Не указывай мне, что делать, — огрызнулась я. Мой голос прозвучал резко и холодно.
— Что произошло? — спросил Эрик, и я решила, что он спрашивает о нас с Лиамом, но затем лысый старейшина уставился на Родриго.
— Похоже, что он либо пропустил поворот, либо нарочно перевернулся.
Он думает, что Эверест покончил с собой? Я широко раскрыла рот, но пожалела об этом, потому что глотнула воздуха, который был пропитан едким запахом смерти.
— Причина смерти? — спросил Фрэнк, который спускался по крутому склону вместе с Августом.
Старейшина едва не упал, но Август поймал его за руку и поддержал.
— Кусок металла разорвал его трахею, — сказал Лукас.
Он присел на корточки, как будто искал какие-то обломки среди камней и пучков пыльной травы, но я заметила, что его ноздри начали раздуваться. Он пытался уловить запахи.
Комок подкатил к моему горлу. Я прижала костяшки пальцев к своим губам, чтобы они не разомкнулись.
Справившись с тошнотой, я сказала:
— Он не совершал самоубийства.
Все тут же уставились на меня.
— А тебе откуда знать? Опять с ним болтала? — спросил Лукас.
— Отцепись, Лукас, — зарычала я, и в тоже время Родриго сказал:
— Опять?
Лиам сложил руки на груди.
— С чего ты решила, что это не был суицид?
Ещё несколько автомобильных дверей захлопнулись, а затем два мускулистых блондина появились в луче света грузовика и направились к нам.
— Привет, — крикнул Мэтт хриплым голосом.
Когда его взгляд остановился на мне, он удивленно изогнул свои медовые брови, а потом быстро перевёл взгляд на джип. Я проследила за выражением его лица, ожидая, что его исказит боль, но этого не произошло. Неужели ему было наплевать на Эвереста? Волновал ли вообще кого-нибудь мой кузен?
Не удивительно, что Эверест ненавидел стаю.
Не удивительно, что он их обманул.
Мэтт обошёл перевёрнутую машину и остановился рядом с водительской дверью. Когда он поморщился, новая волна тошноты заставила мои ноги подкоситься.
Неужели тело Эвереста было всё ещё там?
— Итак, ты начала рассказывать нам, почему Родриго ошибся, предположив, что это самоубийство, — в голосе Лиама послышалась подозрительность.
— Он оставил мне голосовое сообщение около часа назад.
Я вытащила свой телефон.