— Катись в бездну, — процедила и комнату сотрясла магия.
Тьма хлестнула из меня острыми кинжалами, норовя проткнуть Кая насквозь. Химер лишь слегка дернулся вбок, и моя сила рассеялась под его натиском. Невидимые оковы сцепили мое ядро и потянули по нитям, паутиной расползающиеся по всему телу.
— Это ты виноват в смерти Дивины! Из-за твоего предательства ее убили демоны!
Слезы обжигали глаза, а эмоции наконец-то смогли найти выход. Меня трясло от подступившей истерики.
— Все эти годы я верила, что наконец судьба улыбнулась и я нашла семью. Нашла лучшего друга.
Лицо Кая скривилось.
Игнорируя мои крики, он подошел почти вплотную.
— Все сказала?
От его безразличия голова пошла кругом, и я с шумом втянула воздух. Легкие обожгло, словно на них высыпали раскаленные угли. Злость требовательно держала меня в сознании, и когда что-то острое вонзилось в очаг моих сил я вскрикнула и осела на пол.
Кай впервые применил ко мне свои силы. Я со всех сил хваталась за край бездны, куда меня утягивала магия. Я не желала вновь оказаться беспомощной. Разум взорвался от нахлынувшей магии, порождая во мне ненавистные воспоминания.
Ухватившись за голову, я впилась в кожу ногтями, силясь вырвать призрачные руки из разума.
— Ненавижу, — прошептала я, то проваливаясь в темноту, то, вновь возвращаясь в ужас реальности.
Что-то теплое, знакомое и такое желанное потянулось ко мне, и я ухватилась за это, как за спасательный канат.
— Прости.
Дыхание Кая обожгло ухо, и я провалилась в черноту.
Глава 7
— Советую сказать по-хорошему. Где эта клятая корона?
Альберт был на взводе. После последней нашей встречи миновало несколько дней. Химер сидел напротив меня на стуле, закинув ногу на ногу, и нервно отбивал дробь по колену.
В глазах все еще темнело, а голова продолжала кружиться, когда я попыталась подняться с пола и хотя бы сесть. Во рту пересохло, будто я находилась в пустыне.
Альберт поднялся со своего места и приблизился ближе. Он возвышался надо мной, будто палач, готовившийся исполнить казнь. На его пальце сверкнуло кольцо.
— Ты испытываешь мое терпение, — процедил химер и больно схватил за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза.
— Я не знаю, где она находится.
Голос хрипел, и каждое слово давалась с невыносимым трудом. Я действительно не знала, где эта проклятая корона. Для нас — она всего лишь миф.
В голове всплыл недавний сон. Я видела пещеру и незнакомца, который указал на древнюю шкатулку. По коже пробежали мурашки, но я отогнала мысли, что это и может быть то самое место, которое нужно Альберту.
Каждый в мире фейри знает о вековой бойне, что унесла жизнь двух дворов. А всему была виной корона, сотворенная из тьмы и звезд — наследие Двора Тьмы. Корона, что даровала своему хозяину силу и возможность прикасаться к смерти. Это была не просто война. Геноцид. За власть и господство. Перестали существовать два огромных Двора.
— Я не намерен здесь торчать. Говори.
— Тогда, может, стоило сразу меня в темницу, или куда вы там бросаете фейри, что неугодны?
Альберт вздохнул и устало прикрыл глаза.
— Дерзишь. Твой язык доведет до гильотины.
— Как старомодно, — я скривила нос и фыркнула. — Не проще ли просто сразу в сердце нож. И вообще, стоило ли весь этот спектакль устраивать. Давать ложный выбор, чтобы потом так подло забрать его? И этот чертов побег. Дивина знала о твоем плане?
Химер открыл глаза и, слегка наклонившись, подался вперёд.
— Эта предательница получила по заслугам. К тому же, видишь ли, внучка, существуют протоколы, которые я не имею права нарушить. Но…
— Если я, находясь под подозрением, сбегу, то это подтвердит мою виновность и откроет тебе руки.
Глаза блеснули, и его сухие губы скривились в омерзительной улыбке.
— Ты отвратителен.
Во мне начал закипать гнев, когда я поняла весь смысл сказанного.
Дивина.
Это из-за него она погибла. Девушка действительно желала мне помочь, но погибла из-за амбиций своего главы. Если бы не он, то она была бы жива!
Я стиснула зубы и вскинула подбородок. Наши взгляды встретились, но ничего кроме льда и чистой ненависти, я в них не увидела. Ему чуждо было сожаление. Лишь свои желания и цели.
— Вы, химеры, ничем не отличаетесь от нас, — процедила я. — Такие же алчные и готовые идти по головам. Вы не ставите жизни и желания других важнее собственной. Для вас смерть — лишь очередная галочка в документах. Жаль я это поняла слишком поздно.