— С тьмой играете, принц.
Я нахмурилась.
— Что это значит? — голос Ксана понизился до шепота. — Ты знаешь этот дневник?
— Его любой знает. Другой вопрос, почему он здесь, а не уничтожен.
Я взяла дневник со стола, почувствовав угрозу от пикси. Она пристально посмотрела на меня, будто видела кого-то другого.
— Что ты знаешь о ней?
Мой голос хрипел, а сердце учащенно стучало, предвкушая правду. Ведь пикси явно знала куда больше.
— Не о ней, а о них, — пикси замолчала на мгновение, будто боялась, что кто-то может подслушать и наказать за её слова. — Это дневники Тринадцати ведьм. Во время войны они создали нечто вроде ключа, используя несколько реликвий, чтобы запереть Темного Короля. Реликвий всего три, и их не должно было быть вовсе. Одна из ведьм предала свой ковен и открыла лазейку для короля, который сейчас заточен в Бездне. Уничтожьте его.
— Дневники приведут к короне?
Вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела остановить себя. Пикси зашипела и взлетела так стремительно, что я не успела даже моргнуть. Но Ксан среагировал мгновенно. Он поднял руку, и пикси отлетела назад. В ее черных глазах мерцали фиолетовые звезды.
— Не смей, так делать, — леденящим до ужаса голосом произнес Ксан. — Отвечай, когда тебе задают вопрос.
— Вы погубите нас всех, если сохраните этот дневник. Корона не более мираж. Миф, который для вас придумали предки.
— Еще раз спрашиваю, где дневники?
— Их спрятали, надежно, решив разделить: один дарован фейри, другие хранили химеры, третий предоставлен ведьмам. Соедини их и получишь ключ. Жертва откроет врата.
Ксан тяжело выдохнул и опустил руку. Пикси очнулась и поспешно отлетела в сторону, чтобы снова не навлечь на себя ярость своего принца.
Я попыталась улыбнуться, но пристальный взгляд пикси пробирал до костей. Вместо благодарностей я молча кивнула и поспешила уйти. Ксан пошел за мной. За ним тянулся фиолетовый туман. Другие работники библиотеки приходили в себя, растерянно глядя по сторонам.
Мы вернулись в мои покои. На этот раз я не стала возражать, когда Ксан сказал, что пойдет со мной исследовать дневник или ключ — я уже не знала, как его называть.
Ксан листал страницы, вчитываясь в текст. Огонь в камине играл бликами на его светлых волосах, и я не могла оторвать от него взгляд. Вдруг осознав, что пялюсь, я смутилась и отвела глаза. Тряхнула головой, и несколько прядей упали вперед, скрывая мое лицо.
— Я бы предпочел, чтобы ты продолжила на меня так смотреть, — не отрываясь от книги, промолвил Ксан. — Мне льстит твое внимание.
Я закатила глаза.
— Смотри не привыкай. Это не надолго.
Ксан оторвал взгляд от страницы и посмотрел в мои глаза. От сотни звезд, что кружили вокруг его радужек, до глубокой печали, скрывавшаяся за его хищной улыбкой у меня перехватило дыхание.
— А что будет, если я скажу, что хочу привыкнуть к такому взгляду?
Я фыркнула и удобней поджала под себя ноги. В его словах я уловила странную мольбу.
Глупости.
— Тебе не кажется ли это странным?
Ксан отложил книгу и встал. Грациозной походкой, он подошел ко мне и встал, чуть ли не нависая.
— Что именно, принцесса, тебе кажется странным?
От его поведения все внутри бешено колотилось от пробуждающегося гнева.
— Ну начнем с того, что я знаю тебя всего ничего, но ты уже ведешь так, словно я за тебя замуж собралась. Или вот. Ты сначала разговариваешь со мной, как с глупой маленькой девочкой, затем угрожаешь, а через день, — я замолчала. Почему меня это стало так выводить из себя? Во мне играли непонятные странные чувства. Они словно принадлежали не мне. А другой.
— Вот как значит. Тебя беспокоит мое поведение? Я лишь пытаюсь защитить то, что мне дорого. Забыла? Любой ценой.
Его глаза странно сверкнули, возвращая меня в реальность. Я с шумом выдохнула и пихнула руками его твердую грудь. Но Ксан не двинулся с места. Наоборот, он перехватил мои руки и резко дернул на себя, отчего я соскочила с кровати. Я зашипела то ли от злости, то ли от негодования. Ксан приблизился так близко, что я слышала как бешено колотится его сердце.