— Слишком поздно, — раздался голос позади нас.
Я резко развернулась и увидела двух гвардейцев, что стояли в проходе с наставленными на нас мечами. Ксан выругался и вышел вперед.
— Король предположил, что вы все еще тут ошиваетесь, пытаясь спасти вашего друга-предателя.
— Где он?
Мой голос казался мне чужим, ледяным и даже смертоносным. Тот, что стоял ближе к нам, громко рассмеялся и оскалился:
— Там где и должен быть.
Возле отца.
Гвардеец ринулся вперед, стиснув рукоять и издав шипящий звук. Все произошло стремительно. Ксан вышел вперед, вскинув руку. Вокруг него клубилась магия, но гвардейцы не обращали на нее внимания. Они набросились на нас с невероятной скоростью, и скрежет металла о металл резанул слух. Я лихорадочно сунула руку за спину, но нащупала лишь пустоту. С досадой зарычав, что на мне идиотское платье, а не доспехи с оружием, я отступила назад. Ноа и Ксан сражались с гвардейцами, но те не уступали двум принцам по силе. Их глаза были пусты, а рты искажены злобной ухмылкой. Эти гвардейцы были сильнее обычных фейри, служивших отцу.
Позади вновь раздался скрежет и я обернулась, как раз в тот момент, когда в меня чуть не полетел кинжал. Отскочив в сторону, я запнулась о подол и еле удержала равновесие, чтобы не упасть. Передо мной стояло трое солдат отца. Все они были странными, с безжизненно пустым взглядом и будто затуманенными зрачками. С ними явно было что-то не так…
— Не сопротивляйтесь, наследница, — заговорил один из них и по коже прошлись мурашки. Скрипучий злобный голос, который бывает у демонов. — Вам следует пройти с нами. Король ожидает вас.
Я посмотрела на дерущихся Ноа и Ксана. Их противники тоже были очень необычными фейри, словно в них находился кто-то другой. Меня пробрала дрожь. Они были мертвы и теперь в их телах жили демоны. Киран был прав. Отец причастен к этому, если не он главный зачинщик.
— Ава!
Послышался крик Ксана и я замерла. Я видела, как принц воткнул меч в грудь гвардейца и тот повалился на землю, однако все еще был живой. Лицо солдата изменилось. Он оскалился и зашипел, точно змея. Его тело извивалось под клинком, рвя плоть на куски. Звук разрыва ткани, а затем и кожи отозвался во мне резким позывом и я отвернулась. Ксан уже бежал ко мне.
— Наследница, пройдемте, король будет ждать.
— Вы это уже говорили, — процедила я, расправляя плечи. Магия зудела, кусалась и рвалась на волю. Но еще не время.
Принц остановился около меня и схватил за руку, но я вырвалась.
— Что ты делаешь?
— Это демоны.
Я развернулась к Ксану и заглянула в его глаза. Его лицо слегка вытянулось в изумлении, но быстро сменилось на злость. Он понял.
— И они все были людьми до этого? — я не была в этом уверена, однако, то что демонов смогли поместить в тела умерших солдат наводила меня на мысль, что да. Я неуверенно кивнула. — Проклятье!
— Риван у отца. Если я пойду с ними, то смогу подобраться ближе и спасти его.
— Это рискованно.
Послышался еще топот и я напряглась. Нас окружили. Ноа был не сильно ранен, однако рана нанесена железом, об этом говорили алые края царапины. Демоны в телах бессмертных, вооруженные до зубов железом. Мы были не в выигрышном положении.
— Хорошо, — я обратилась к тому гвардейцу, что первый заговорил. — Веди к отцу. Я согласна.
Ксан сжал мою руку и когда нас взяли в кольцо, мы медленно зашагали за ними.
***
Демоны привели нас обратно в тронный зал, в котором на этот раз никого из гостей не было. Столы перевернуты, стены обуглены, на полу — трупы фейри. Мой взгляд зацепился за миниатюрную фигуру Нейны и я поспешила отвести взгляд. Я почувствовала, как тело Ксана напряглось, когда он увидел представшую перед ним картину. Отец сидел на троне, подперев одной рукой голову, а в другой крутил бокал с густой алой жидкостью. Возле него стояло несколько гвардейцев, державших Ривана под руки.
Мое сердце пропустило удар, когда я увидела шпиона. Бледное лицо, закрытые глаза и еле вздымающаяся грудь. Его рубашка разорвана, а из живота торчал железный меч. Под ним уже скопилось достаточно крови, которая тонкой линией уже стекала по ступеням. Тьма всколыхнулась во мне, отозвавшись шквальным ветром. Отец поднял голову и ядовитая ухмылка появилась на его лице.