Также я узнала, что Ксан часто любит ходить на так называемую охоту, где выслеживает демонов, пробравшихся на их земли. Чаще всего он их просто ловит и убивает, но бывает и такое, что некоторые демоны очень умны и тогда он их захватывает в плен. Что с ними делает там, я не стала выспрашивать, не было желания.
Вскоре мы оказались в просторном холле, выложенном белоснежным мрамора. Вдоль стен висели портреты фейцев и феек, как мне потом объяснила были все правители Неблагого Двора. Я остановилась около одной картины, на которой были изображены женщина и мужчина, — родители Ксана и Айши. Женщина с миловидным круглым лицом, гладкой белоснежной кожей и ярко-фиолетовыми глазами. Ее длинные светлые, как и у близнецов волосы были убраны в высокую прическу. От нее исходило тепло и нежность, что не скажешь о ее супруге. Изображенный, на полголовы выше фейки, он олицетворял всю суровость и жесткость, о которых поговаривали в смертном мире. Черные, как смоль глаза излучали холод, а бесстрастность его лица, заставляла трепетать от страха перед ним.
— Отец хоть и был жесток, но очень справедлив, — заметив мое смятение, произнесла Айша. В ее голосе было столько нежности и тепла. — Они любили нас, оберегали и всегда стояли стеной за свой народ. Когда началась война, отец пошел против Верховного короля, за что потом поплатился. На наших глазах Бранон убил мать, перед этим дав износиловть ее своим войнам.
У меня скрутило живот, и я почувствовала, как завтрак грозится вырваться наружу. Я представляла, насколько жесток может быть отец, но чтобы такое. Я теперь прекрасно понимала ее предвзятость по отношению ко мне. Колкие фразы, что она бросала мне, было лишь злостью, которая копилась столетия.
Я повернулась к Айше и взглянула на нее. Взгляд подернулся дымкой воспоминаний, а лицо исказила гримаса боли. Я неуверенно коснулась ее плеча и она вздрогнула. Вся маска безупречности и беспечности треснула, открывая ее истинные чувства.
Во мне вскипала ненависть, вперемешку с горечью и виной. И хотя это все случилось задолго до моего рождения, я ощутила всю тяжесть отцовских решений и действий. Я не представляла, что они пережили, когда была война. Видеть как убивают твоих родителей и понимать, что не можешь ничего сделать.
— Прости.
Айша повернулась ко мне и смахнула слезы. Еле заметная улыбка коснулась ее алых губ.
— Тебе на зачем извиняться. Не ты виновата, — она положила свою ладонь поверх моей и вновь взглянула на портрет. — Пойдем, а то экскурсия какая-то грустная получается. Надо поднять настроение.
Айша весело подмигнула мне, и от ее грусти не осталось и следа. А вот во мне продолжал ползать червячок вины, отравляя мою душу.
Фейка повела меня вдоль расписных стен, закрытых дверей и очередных туннелей коридоров. Мы посетили зал совета, где часто Ксан проводил время, гостевую комнату с огромным камином и низким деревянным столом.
— Здесь мы часто проводим вечера, иногда они оканчиваются потасовками и очень горячими спорами, но это помогает нам расслабиться. Ты поймешь, когда впервые побудешь с нами весь вечер.
Айша хихикнула и взяв меня под руку, словно старую подругу, повела дальше. Она шла быстро, только и успевая размахивать руками в сторону очередных портретов на которых были изображена большая часть фэйской знати. На вопрос почему я никого из них не видела, получила короткий ответ: Ксан тонко намекнул, чтобы они не попадались мне на глаза. Я удивилась, однако постаралась не подать виду.
— А здесь, наши доблестные мальчики любят бить друг друга.
Мы остановились у массивных деревянных дверей, настежь отваренных. Это был большой тренировочный зал, отделанный темным деревом. Вдоль стен полукругом тянулись широкие трибуны, а в самой далекой части зала стояла стойка со множеством оружия, начиная от деревянных мечей для новичков, до острых секир и даже топоров.
— У нас есть несколько тренировочных залов, это самый большой. Есть еще малый и зал во дворе. Армией командует Риван.
— А ты не участвуешь в политике?
Айша покачала головой и снова улыбнулась.
— Нет. Я управляю Двором в отсутствие Ксана. До всей случившийся трагедии, Ксан должен был унаследовать титул, но так как не было проведено должной коронации, магия, что дремлет в наших землях не посчитала его законным правителем. Он так и остается наследным принцем без короны и королевства. Поэтому как можно сильнее взялся за защиту нашего народа. Вернее, тех, кто уцелел, а заниматься бумагами предоставил мне.