Часть вторая. 1
Трель будильника изводит, упорно проникая в тяжелый сон, разгоняя сумрак в голове, которая почему-то сильно болит.
Неохота вставать.
Тяжело.
Но необходимо.
Кое-как тянусь рукой к убийце сновидений. Не могу никак нащупать этого засранца на столе. Наконец рука нашаривает смартфон. Палец судорожно пытается заткнуть вопиющий в утренней тишине, насколько только она возможна в городских условиях, голосок азиатского ублюдка. Не выходит. Потому приходится прибегнуть к несколько бесчестным методам: воспользоваться читерской абилкой – открыть, пусть и с трудом преодолевая липкую силу сна, хотя бы один глаз. Когда сфокусируешься на экране, то сразу становится легче – палец мгновенно находит нужное место и успокаивает орущего.
Эх, еще бы десяток минут!
Уже практически проваливаюсь в пучину сна, но вдруг приходит понимание: я же не ставлю несколько будильников подряд через каждые несколько десятков минут, как делает большинство спунов, считающих, что подъем, растянувшийся на тридцать-сорок минут, а то и на целый час, позволит выспаться, хотя лег часа три назад, да еще после пьянки. А значит, нужно мне вставать уже сейчас.
Голова тяжела и не желает запускать мыслительные процессы. Потому нужен допинг. Бреду на кухню, спотыкаясь по пути о разбросанные с вечера тапки, пинаю кота, льнущего к ногам. Бело-рыже-черный комок с диким мявом улетает в распахнутые двери туалета, чем-то там недовольно грохоча. Нечего было лезть ко мне сонному, Тимурка! Сам виноват. Пока не попью кофе – не начну соображать. Пора бы уже тебе и запомнить, мой хороший, а то сколько ж можно под свой пушистый зад-то получать.
Лишь сверкают в ответ обиженно-хитрые глаза из темноты.
Шумит водой кран. Пока закипает чайник, пытаюсь взбодриться, плеская в лицо ледяной влагой. Тяжесть из головы не уходит. Обрывочные мысли с трудом ползают.