Примипил посмотрел на Рутилия Скавра. Тот сидел, глядя на карту префекта Канина, на которой была изображена прилегающая к городу местность. Спустя какое-то время трибун покачал головой, и, не отрывая глаз от карты, встал со стула.
– В своем докладе ты упустил одну вещь. Центурион Корв подтверждает, что Обдурон питает глубокую неприязнь к префекту. В этой связи в голову тотчас же приходят два вопроса. Во-первых, откуда у главаря бандитов такая ненависть к довольно мелкому чиновнику вроде Канина? Учитывая, что он до смешного беспомощен в борьбе с разбойниками? И если ненависть налицо, то где и когда пересекались их пути? Чего недоговаривает наш префект?
Фронтиний пожал плечами, словно это было ему неинтересно.
– Сбор таких сведений я оставляю тебе, трибун. Мои интересы чисто военные. В данный момент я должен подготовить две когорты к повторному походу. У меня наберется целая центурия солдат, чьи сапоги разбиты вдребезги, а у пары десятков нет щитов, так как другие солдаты не придумали ничего лучше, как пустить щиты на дрова и бросить их в огонь, чтобы согреться. Причем сделано это было так, что никто ничего не видел. Один центурион второй когорты получил небольшое обморожение. Болван решил, что обойдется без носков.
Рутилий обернулся и одарил примипила холодной улыбкой.
– В таком случае отправь в город нескольких офицеров, пусть они доставят радость местным торговцам. Обе когорты должны быть в полной боевой готовности. Срочно. Начиная с завтрашнего дня мы станем патрулировать главную дорогу. Мы должны, фигурально выражаясь, снова встать на ноги и нанести Обдурону повторный визит. Не сомневаюсь, что солдаты все еще закатывают глаза и перешептываются о том, что-де богиня нарочно наслала на нас снегопад. Но я не дам им слишком долго размышлять об этом. Каждый конвой с зерном, что идет сюда с запада, получит сопровождение, когда до города будет оставаться день пути. Декурион Сил и его конный отряд должны проследить за тем, чтобы Обдурон тайком не вывел своих бандитов из леса. Ты же отправь нескольких солдат с веревками на юг, чтобы они вытащили из воды часть камней и сделали подводный мост непригодным для переправы. Когорта легиона может взять на себя охрану склада с зерном прокуратора Альбана и в целом поддержание порядка в городе. Мы же отправим часть наших солдат охранять дороги, чтобы лесные бандиты не посмели украсть хотя бы один-единственный мешок с зерном. Пусть эти подонки-дезертиры до самой осени питаются желудями. Вот тогда-то мы посмотрим, чем станет их кормить эта богиня. За дело, примипил! Я же должен проведать центуриона Корва, тем более что такова его просьба. Кто знает, вдруг он вспомнил что-то такое, что нам поможет?
Глава 7
Марк проснулся снова. Санга спал на своей койке. Центурион слез с кровати и пару секунд постоял, чтобы прошло легкое головокружение. Затем, неслышно ступая босыми ногами, он прошел по коридору до нужника, после чего отправился на поиски жены. Фелиция пришла в восторг, увидев его на ногах, но одновременно слегка переполошилась. Впрочем, страхи ее мгновенно рассеялись, когда Трибул жестом попросил ее отойти в сторону, а сам, раскинув руки, обернулся кругом.
– На вид ты бодр, – сказала целительница. – Предполагаю, действие мандрагоры закончилось. Но разговаривать и есть твердую пищу ты сможешь еще не скоро.
– Именно по этой причине я принес ему кое-что, – услышали супруги чей-то голос и обернулись. В дверях, улыбаясь, стоял Рутилий Скавр, державший в руках небольшой железный горшок. – В конце улицы есть съестная лавка. Ее хозяйка была счастлива одолжить мне этот горшок, когда узнала, каково тебе будет в ближайшие несколько недель. Передай чашу, я налью.
Марк нашел стеклянную трубку и, сделав через нее глоток супа из горшка, кивком поблагодарил трибуна. Скавр молча ждал, когда чаша опустеет, глядя, с какой жадностью центурион поглощает горячий суп.
– Так лучше? – спросил Рутилий. – В горшке много. Думаю, ты проведешь здесь еще одну ночь, чтобы мы все удостоверились, что худшее позади. До утра еды тебе хватит. А теперь, центурион, поговорим о деле, согласен? Примипил Фронтиний сказал, что ты хотел бы пообщаться со мной, хотя боюсь, что говорить в основном придется мне.