— Здесь живут мои родители, — пояснил Алекс, — я иногда к ним приезжаю, погостить. Правда, когда-то я тоже жил здесь, но теперь это в прошлом.
Я кивнула головой. Чем дольше общаешься с человеком, тем больше подробностей о его жизни становятся тебе известны. И иногда это такие подробности, о которых ты совершенно не хотел узнавать.
За окном постепенно светлело. Я перебралась ближе к подоконнику и не отрываясь наблюдала, как это происходит. Словно от моего пристального внимания рассвет ускорится.
— Черт, чтобы я еще когда-нибудь отправилась путешествовать по Англии, — пробурчала я себе под нос, — нет, только на море. А еще лучше, в Бразилию. Давно хотела съездить в Бразилию, посмотреть на Карнавал.
— Даже в Бразилии ты можешь напороться на местных вампиров, — фыркнул Алекс.
Он обладал поразительным даром утешения. После таких слов мне нестерпимо захотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым.
— Почти светло, — прокомментировал он, — Господи, никак не могу дождаться. Ну, давай же.
Это он сказал рассвету, чтобы тот не задерживался. Я сдержала смешок. Ну конечно, сейчас солнце немедленно вынырнет из-за горизонта с громким воплем: «А вот и я!»
— На твоем месте я не хихикал бы, а лучше сходил бы и посмотрел на твою тачку. Ты уверена, что она на ходу?
— Раз миссис Моэм сумела загнать ее в сарай, то она на ходу.
— Да, — уже неприкрыто насмешничал он, — возможно, она просто толкала ее до самого сарая, так и не додумавшись завести двигатель.
Я приподняла брови, оторвала глаза от розовеющего неба и повернулась к нему.
— Да ведь это страшная тяжесть.
— Мне кажется, что при желании эта стерва могла бы поднять ее и отнести в сарай на руках. Ты вспомни Мэрион, которая видите ли не унаследовала и сотой доли ее способностей.
— Черт, — прошипела я.
— Вот именно. Так что, проверь, пока не поздно.
— Прекрасно. Только этого мне и не хватало для полного счастья.
— Все, — Алекс посмотрел в окно, — думаю, можно уходить. Солнце взошло. Вот что, Ван, ты иди и проверь свою машину. Если я все же окажусь прав, как бы этого тебе не хотелось, тогда собирай свои шмотки и подожди меня у шоссе. Я подъеду и прихвачу тебя.
Я несколько раз моргнула. Ну надо же, какое великодушие! Просто не ожидала от такого типа, как он. Да и если на то пошло, сама бы я даже не почесалась позаботиться о том, каким образом он будет выкручиваться. И о чем это говорит, Ван? Да о том, что ты — страшная эгоистка и думаешь только о себе. И мелочности в тебе тоже хватает, как раз на то, чтобы еще лет десять припоминать, как тебе досаждала эта троица и при случае твердить об этом до тех пор, пока у людей не начнутся судороги.
— Да, — наконец сказала я, — хорошо. Я так и сделаю. Спасибо.
— Не за что, — Алекс пожал плечами, — все равно по пути. Ты ведь едешь в Лондон?
— Почти. Мой дом в пригороде.
Он приподнял брови.
— Тогда цена на него просто астрономическая.
— Наверное, никогда не интересовалась.
Меня никогда особенно не заботили такие вещи, поскольку я не беспокоилась о деньгах. Наверное, хорошо, когда у тебя их много и ты можешь себе позволить не думать о них.
— Ладно, — сказала я, — пойду поищу этот сарай и посмотрю, в каком состоянии моя тачка.
Я направилась к двери, по пути обойдя лежащую на полу Мэрион. Мне очень не хотелось на нее наступить, в памяти еще свежа была пренебрежительная гримаса миссис Моэм. Кем бы она ни была, но так к умершим не относятся. В конце концов, все мы там будем.
— Может, все-таки убрать его в подвал? — предположил Алекс.
Наверное, ему тоже было не по себе. Я пожала плечами.
— На это у нас уйдет уйма времени. К тому же, мне кажется, что именно в подвале и они и проводят дневное время.
— Почему ты так думаешь?
— А где еще в этом доме очень темно?
— Да где угодно, — он фыркнул, — но в принципе, конечно, что-то в этом есть. И мне бы не хотелось повстречаться с ними еще раз.
Я подошла к двери и немного помедлив, повернула ключ в замочной скважине дважды. Потом прислушалась и наконец отворила ее. Не сказать, чтобы я боялась. Но, как говорится, излишнее благоразумие никогда еще никому не мешало. Лучше перестраховаться, чем быть беспечной и безалаберной.
В коридоре никого не было.
— Прекрасно, — пробормотала я себе под нос.
А чего еще ты ожидала? Что за дверью тебя подкарауливают? Миссис Моэм сказала правду, днем никто из них не сумеет причинить мне вреда.
Мы вместе вышли во двор. Я редко просыпалась так рано и основательно подзабыла то ощущение, которое возникает ранним утром. Свежий, чистый воздух, тишина, если еще отбросить в сторону некстати нахлынувшую сонливость, то вообще красота. Оглядевшись, я припомнила слова хозяйки и свернула налево.