— Ты до сих пор спишь? — удивленно спросил он, — уже полпятого.
— И что? — агрессивно осведомилась я, — ты явился сюда для того, чтобы приучить меня к правильному распорядку дня?
— Нет, что ты, — он замахал руками, — просто решил тебя проведать.
— Конечно, — я фыркнула, — верю. Ты просто решил меня проведать, заботливый ты наш.
— Ну что ты, Ванни! Я говорю истинную правду. Кстати, ты купила себе новую машину? На распродаже, что ли? Уж больно вид у нее потрепанный. И модель не то, чтобы очень. Тебе ведь нравятся совсем другие.
— Мне все ясно, — хмыкнула я, — ты приехал, чтобы всласть покритиковать мою тачку. И для этого ты трезвонил как ненормальный.
— Но мне ведь никто не открывал, — Ронни приподнял брови.
— Да ты что?
— Может, впустишь меня, Ванни? Я уже понял, что разбудил тебя. Мне очень жаль.
Мой экс-супружник просто источал мед и патоку, из чего я сделала вывод, что он крепко сел на мель. Правда, на его внешнем виде это никак не отразилось. Он по-прежнему был одет с иголочки, чисто выбрит и благоухал дорогим парфюмом.
— Ну, входи, — посторонилась я.
Ронни уверенным шагом прошел мимо, на ходу небрежно чмокнув меня в щеку.
— Как поживаешь, Ванни? — осведомился он, наблюдая, как я закрываю дверь.
— Лучше не бывает, — отозвалась я.
— Я слышал, ты новую книжку выпустила?
— Ясно, поэтому ты и приехал.
— Ну, я хотел тебя поздравить.
— И спросить, много ли мне за нее отвалили, — дополнила я.
Хмыкнув, Ронни направился в гостиную столь уверенным шагом, что у постороннего человека не возникло бы сомнений, что он прекрасно ознакомлен с расположением комнат.
Правда, на пороге он остановился как вкопанный.
— Ты без приглашения уже не садишься? — подковырнула я его, стоя позади и дожидаясь, когда же он освободит проход.
— Кто это? — растерянно спросил Ронни.
Не понимая, что ему мешает шевелиться, я слегка оттолкнула его и зашла в комнату. Тьфу, черт, совсем забыла, что на диване мирно похрапывает Алекс.
— Ах, это, — протянула я, — ну, это один мой знакомый.
— А почему он тут спит? — шепотом осведомился мой бывший.
— А где ему спать? — резонно задала я встречный вопрос.
— Почему не у себя дома, к примеру?
— Наверное, потому, что здесь ему нравится больше. Что-то еще спросить хочешь?
— Да нет, — он пожал плечами, — все ясно. Тогда давай пойдем куда-нибудь в другое место. Не будем шуметь, чтобы не разбудить его.
Я почти присвистнула, поражаясь такой деликатности, а потом вспомнила, что передо мной Ронни, который ради того, чтобы получить несколько хрустящих бумажек, готов на все.
— Ладно, пошли на кухню, — я развернулась и направилась к двери.
Но Ронни не спешил уходить. Он еще пару секунд постоял, потом осторожно дотронулся до Алекса пальцем и потыкал его в плечо.
— А он точно спит? — с сомнением спросил он.
— Что ты имеешь в виду? — не поняла я.
— Да я так трезвонил, что и мертвый бы проснулся. Ты ведь проснулась.
— Я что, по-твоему, мертвая? — фыркнула я.
— Нет, он в самом деле живой?
— Да живой он, живой. Странно, Ронни, почему ты думаешь, что у меня по всему дому трупы валяются?
Ронни прислушался и по-видимому уловил дыхание спящего. Удовлетворенно кивнув, направился за мной.
— От тебя всего ожидать можно, — пояснил он по пути.
— Продолжай в том же духе, и я тресну тебя скалкой.
— Ха. Ты отыщи ее сначала, — не поверил мне бывший муженек, — уверен, ты не помнишь, когда пользовалась ею в последний раз.
— Почему же, помню. Никогда.
Он рассмеялся.
Усевшись на стул, аккуратно поддернув брючки, Ронни непринужденно произнес:
— Я бы выпил чего-нибудь, Ванни. На улице страшная духота.
— В самом деле?
Этим я и ограничилась. Нельзя быть такой черствой. Взяв из мойки стакан, я сунула его под кран и наполнив водой, сунула умирающему от жажды. Он отстранился и недоуменно посмотрел сначала на стакан, а потом на меня.
— Что это такое?
— Вода. Ты ведь пить хочешь. Я правильно тебя поняла?
— Ты всегда была доброй и ласковой, — усмехнулся Ронни, — но я имел в виду нечто совершенно другое.
— И что же ты имел в виду? Ой, только не говори мне, что я сейчас должна искать для тебя выпивку. Я только что проснулась и единственное, что мне хочется — это послать тебя к черту.
— Ладно, я сам налью, — не стал спорить он.
Со стороны посмотреть, не муженек — а сокровище. Оторвут с руками. Неконфликтный, внимательный, ласковый, заботливый, предупредительный… В таком духе можно продолжать до бесконечности. И все это будет чистой правдой. Но с одним условием: если у вас есть деньги. Как только они закончатся, милый Ронни тут же испарится, словно его и не было. Именно так он и существует на свете, за счет богатеньких дур.