Я подумала и признала, что это дельная мысль.
— Верно. Только сейчас это поняла. Ох, такое ощущение, словно меня методично и с удовольствием пинали ногами.
— У тебя есть что-нибудь съедобное? — не сворачивал с намеченной темы собрат по оружию.
— Есть, — не стала я обманывать, — в холодильнике.
— Так оторви свою задницу от стула и достань.
— Сам доставай. Я устала. Мне плохо.
— Мне тоже плохо, мне просто отвратительно, — огрызнулся он, — давай займемся приготовлением пищи.
— Что, вместе?
— Ну, ты ведь не хочешь этого делать одна. Я правильно понял?
— Я вообще не хочу этого делать, — я с гримасой встала на ноги.
Пришлось это сделать, поскольку я не знала другого способа поужинать. Некоторое время я смотрела в недра холодильника, выбирая те продукты, которые не надо готовить. И представьте себе, нашла. Так что, я по-быстрому приготовила бутерброды, пока Алекс варил кофе. Премерзкий кофе, если быть точной, поскольку он у него сбежал. Но мы его мужественно выпили, и я даже ничего не сказала на эту тему. Наверное, потому, что мне было смертельно лень это делать.
Потом я отправилась в ванную, смыть с себя всю накопившуюся грязь и не только в ее физическом воплощении. Я хотела смыть с себя само воспоминание о том, что мне пришлось сделать за эту невыносимо длинную и отвратительную ночь. Не сказать, чтобы я жалела о том, что сделала. Нет. Как об этом можно жалеть? Если я и убила Криса, то только потому, что он собирался убить меня. А если даже не убить, то сделать такое же чудовище, как и он сам. Но гораздо с большим удовольствием я бы не трогала его вообще, если б он не выследил меня и не пытался навязать свою волю.
О миссис Моэм я даже думать не хотела, эта мысль вызывала во мне странные, двойственные чувства. С одной стороны, она всегда была для меня малознакомой и несколько утомительной женщиной, но с другой, я почему-то вспоминала, как она приготовила праздничный ужин в честь моего отъезда. И она не хотела втягивать меня в эту историю. Я влезла сама, всеми четырьмя лапами, правда, не по собственной воле. Короче говоря, мне было ее жаль. Но другого выхода не было. Это я повторяла про себя до тех пор, пока перестала понимать смысл этой фразы.
Против обыкновения, я заснула почти сразу, как только моя голова коснулась подушки, хотя была полна впечатлениями под самую завязку и должна была думать об этом до посинения. Но видимо, я до такой степени вымоталась, что ничто другое меня уже не волновало.
Первые ощущения наутро были неутешительными. Я чувствовала себя не только избитой, но почти раздавленной. Так, будто вчера на меня обрушился потолок и надолго придавил к полу. Вставать на ноги было больно и к тому же я обнаружила у себя такое количество костей, о существовании которых раньше просто не догадывалась. Прохромав до ванной, я почти полчаса стояла под душем, пытаясь прийти в себя. Это удалось, но лишь немного.
Доковыляв до кухни, чтобы попить кофе и взбодриться, я случайно посмотрела в окно и увидела Алекса, стоявшего у машины. Он смотрел на нее и не шевелился, будто нечто лишило его не только дара речи, но и двигательных функций. Я понаблюдала за ним минуты две с любопытством, а потом решила выяснить, что именно ввергло его в такой столбняк. Вышла во двор и подошла к нему.
— Привет, — сказала я, — что тут интересного?
Он посмотрел на меня и хмыкнул.
— Да так, — неопределенно отозвался Алекс, — вот, хотел уехать.
— А-а, — протянула я, — ну, и что тебе мешает?
Он снова хмыкнул.
— Не поверишь.
— Я попробую, — пообещала я, так как мне не терпелось это узнать.
— Бензин закончился.
Я посмотрела на него, потом на машину и закатилась в приступе хохота. Да, ничего не скажешь, забавно. Теперь у нас закончился бензин. Просто шикарно.
— Хватит ржать, — разозлился Алекс, — что тебя так насмешило?
— Все, — выдавила я из себя, — одна моя машина разбита вдребезги, вторая стоит с пустым баком. А тут выясняется, что у тебя закончился бензин.
— У тебя идиотское чувство юмора, — огрызнулся он, — лично я не вижу во всем этом ничего смешного.
— Так и у кого из нас идиотское чувство юмора? — фыркнула я, — ладно, не парься, пошли лучше завтракать.
— «Завтракать», — прошипел он, — а что с этим прикажешь делать?
— У тебя есть идеи? Лично я думаю, что, если ты будешь торчать тут и пялиться на нее, бензина в твоем баке не прибавится. А если ты куда-то торопишься, то вызови такси и дело с концом.
Алекс снова посмотрел на свою обездоленную тачку и душераздирающе вздохнул. Потом махнул рукой и произнес: