— Ты знаешь строящуюся церковь мученицы Бастильды? Лоренцианцы устроили в ее подвале приют для бедняков, заболевших песчанкой. Уже четырежды к ним врывалась банда из четырех-пяти человек. Они выбирали умиравшего от песчанки, вытаскивали на улицу и пили его кровь. Каждый из них. Вначале монахи пытались сопротивляться и отстоять больного. В результате нескольких братьев сильно избили, один до сих пор не встал на ноги.
Герхард задумчиво молчал, осмысливая услышанное. Симон продолжил:
— Монахи просили помощи о жандармов. Безрезультатно. Говорят, песчанка основательно их проредила. И они не могут выделить достаточно сил, чтобы остановить сразу пятерых. И поэтому главный лоренианец в госпитале, брат Антоний, попросил меня о помощи.
— У жандармов сейчас действительно не лучшие времена, — задумчиво протянул Герхард. — И болезнь, и весь сопровождающий эпидемию хаос. Значит, сразу пятеро вампиров разом?
— Да. Ты раньше с таким сталкивался?
— Нет. Вампиры по природе своей одиночки. Но я могу предположить, кто это. Подумай. Группа вампиров, которые обернулись в неволе и получали кровь почти что насильно. И которые сейчас нашли на первый взгляд этически приемлемый способ добывать пищу. Ведь нет особой разницы, умрет человек от песчанки или кровопотери.
— Товарищи по несчастью молодого фон Цаузера? Я пришел к той же мысли.
— Значит, четверо или пятеро? Своими силами мы определенно не справимся. Нужно будет позвать других охотников, а может, и не только. После истории с беззубыми я не хочу особо связываться с половиной наших коллег по цеху. Когда лоренцинанцы ожидают следующего визита?
— Не знаю. Нет какой-то закономерности. Между первым и вторым нападением прошло пять дней, а третий раз они пришли на следующий день после второго.
— Они были чем-нибудь вооружены?
— Вроде дубинки, ножи и, может быть, кастеты. Брат Антоний не смог ответить определенно. Но вроде как ничего запрещенного.
— Ты сможешь найти Йозефа Гройна? Позовем его с Рольфом. Конечно, сейчас не удастся устроить бойню посреди толпы на рынке, но, думаю, они согласятся. Я поговорю с Эзрой. Пятеро на пятерых, рискованно конечно. Может быть, стоит пригласить и Франциска, хотя я зарекся иметь дело с этим умалишенном. Ты как, еще держишься на ногах?
— Зайду к Йозефу, это по пути. Но потом предпочел бы лечь спать.
— Хорошо. Тогда иди, после заката я подойду к дому вдовы и оттуда пойдем к церкви, посмотрим на месте, где и как можно сесть в засаду.
Вечером того же дня Герхард стоял под окнами ученика и с силой швырял мелкие камешки в ставни нужного окна. Усталость взяла свое и Симон проспал. В предыдущие разы он после первого попавшего камня давал знак, что услышал и скоро спустится, а теперь тишина.
Наконец охотник не выдержал и громко свистнул. Вскоре окно приоткрылось и наружу выглянул всклокоченный Симон. Он виновато извинился и начал торопливо собираться.
Через несколько минут ученик уже шагал рядом с учителем в сторону строящейся церкви.
— Как прошел разговор с Йозефом?
— Считай, что никак, — хмуро ответил Симон. — Он даже не открыл мне дверь. Сказал, что у него большая семья, которую он не хочет заразить песчанкой. Похоже, он не выходит из дома сам и никого не выпускает уже несколько недель.
— А что Рольф?
— Йозеф сказал, напарник заболел в числе первых.
Герхард сочувственно покачал головой.
— У меня новости чуть лучше. Эзра согласен поучаствовать. Но он не знает, где Франциск. И не хочет искать. С началом эпидемии поведение Франца ухудшилось, хотя, казалось бы, куда уж хуже.
— Значит, нас всего трое?
— Нет, это значит, что сейчас мы зайдем в одно место и попросим о помощи.
Герхард остановился, прикинул, как лучше дойти и развернулся в противоположную сторону. Они двигались по направлению к морю, постепенно забирая направо. По пути ученик пытался понять, кто мог им помочь, кроме жандармерии. Наконец, он не выдержал и поинтересовался:
— Куда мы все-таки идем?
— Я хочу попросить помощи у китобоев. В обычной ситуации они бы заломили цену, но раз уж речь идет о лоренцианцев, понадеемся на послабление.
— Ты уверен? — Симон встревоженно посмотрел на учителя. — После прошлой встречи я бы предпочел не иметь дел с китобоями.
— Боюсь, что альтернативы у нас нет. Но могу тебя успокоить. Пару недель назад прошла история, что у китобоев пропала половина городского гарнизона. Говорят об этом разное. Что они отправили молодежь за океан. Что сбежали после первых новостей о песчанке. Но я могу предположить, что это косвенно связано с вашей неожиданной встречей.