Глаза защипало. Стас остановился у размытой секции с хоррором, приказал себе успокоиться, но получилось наоборот, как всегда бывает, когда пытаешься не заплакать. Он тупо уставился на корешки, взял какую-то книгу Кинга, — кого еще схватишь наугад на полке с ужасами? — повертел, взял другую. Когда болезненное ощущение в глазах прошло, Стас вернул томик «The Lake» на место и поискал взглядом Роберта.
Экскурсия по книжной лавке выходила странной, самостоятельной, но Стас не сердился на гида. Книги умели говорить сами за себя. К тому же прошло не больше десяти минут. Или больше?
Роберт трепался у прилавка с продавцом, долговязым блондином. Стас остановился у книжной стойки, чтобы не мешать. После какой-то фразы блондина бездомный встрепенулся, затараторил сбивчиво. Затем бросился к Стасу:
— Нам надо спешить!
Они выбежали на улицу.
— Два года ее ищу! — кипятился Роберт на ходу. — И Зденек это знает! Но я узнаю о книге от Бохдана!
— Что за книга? И кто такой Зденек? А Бохдан, как я понимаю…
— После, Станислав, после!
Они перебежали улицу в нескольких метрах от «зебры». Свернули на Блахникова.
Стас покосился на проплывшую мимо витрину продовольственного, на горы фруктов и овощей под матерчатым навесом. Желудок выказал первое робкое возмущение, которое усугубила пивная: на небольшой террасе стояли два столика, усатый мужик вкусно тянул светло-пенное. «U Pižďucha», — сообщала деревянная, на цепях, вывеска. То еще название для русскоязычного уха.
Проводник спешил. Стас не спорил: вождь — главный. Да и все равно денег по нулям. Держась спины гида, он подумал: куда бы повел туристов в родном Бресте? Брестская крепость — раз. Пятый форт — два. Несколько музеев. Застрявший в архитектурном социализме аэропорт, где снимали эпизоды фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой»… Аллея фонарей на Гоголя? Старые здания, исторические районы? Еще недавно казалось, что город принадлежит ему с друзьями: почти каждая подворотня, дырка в заборе, спуск к реке, замороженная стройка… Стас был уверен, что знает Брест от и до, и даже тетя не могла убедить в обратном: «Это вы у себя на районе, обормоты, все излазили и обнюхали. А остальной город?»
— Мне ведь только почитать! У себя долго не держу! — не выдержал Роберт. — Сам сдаю, треть цены мне! Обманывали, конечно. Примут за тридцать крон, а потом идешь, а на ценнике — пятьсот! У Зденека, кстати!
— Нехороший какой этот Зденек, — сказал Стас. — Может, его поколотить?
Роберт криво улыбнулся. Зубы у него были желтые, оголенные, с длинными верхними резцами, как при пародонтозе.
— Извините за спешку…
— Да все нормально, — сказал Стас. — Где ваш Зденек промышляет?
— Вот, уже. Видите вывеску?
Вывеска была деревянной, в форме раскрытой книги.
Они вошли.
Зденек оказался черноволосым, тощим пожилым мужчиной с энергичными глазами и нервной улыбкой. Заприметив Роберта, он словно выбросил свое тело из-за прилавка и принялся трясти руку бездомного. Поглядывал и на Стаса, оценивающе, подозрительно. Роберт вертел головой, высматривая вожделенную книгу. Зденек потянул его к брюхастой кассе, древней, реставрированной, нырнул под барьер прилавка, вынырнул — и лицо Роберта засияло.
Стас подошел к стеллажу, взял наугад томик в синей обложке, прочитал: «К. Маркс. Теории прибавочной стоимости. Том I. СОЦЭКГИЗ. 1931».
— Видишь розовый пиджак? Розовый, Карл! — Стас хихикнул. А затем хихикнул с того, что хихикнул. — На каком сезоне бросил смотреть «Ходячих мертвецов»?
«Ну, хватит».
Книга неплохо сохранилась в свои восемьдесят с хвостиком. Желтые страницы, галочки красной ручкой у выборочных формул. Тираж: двадцать пять тысяч. Цена: двести рублей.
— Она у меня, — раздался над плечом голос Роберта, в котором слышалась трогательная хрипотца.
В поле зрения Стаса попала золотистая обложка, истертая и бугристая, как и подобает пустыне. Он успел прочесть лишь имя автора — «Václav Matěj Kramerius»: бездомный сунул книгу в прозрачный файл, завернул край и бережно уложил во внутренний карман ветровки.
— Как называется?
— «Полное описание Египта», — с готовностью отозвался Роберт, будто счастливый папаша, у которого спросили о карапузе в коляске. — Издана в тысяча восемьсот втором году.