— Думаешь, твой отец согласится помочь? — всё-таки спросила я, чувствуя, что напряжённое молчание затянулось.
— Не знаю, — вздохнул Энди, облокачиваясь на подоконник. — Почему бы и нет?
Я тоже вздохнула. И правда, почему? Мы всего-то попросили его найти человека в столице. Не совсем, конечно, иголку в стоге сена, но что-то вроде. Может, этот мэтр Картен распрощался с преподавательской карьерой. А может, успел переехать ещё куда-нибудь.
— А если найти его не удастся?
— Тогда хоть по городу погуляем, — усмехнулся Энди.
— Тоже верно, — сдалась я, ничуть не обрадованная такой перспективой. Ушибы и ссадины ныли, потому гулять мне не хотелось.
Рядом с плечом Энди возникло голубоватое свечение. Поначалу крохотное, как светлячок, оно постепенно увеличилось до размеров яблока, а потом ярко вспыхнуло и погасло, превратившись в небольшой, сложенный вчетверо листок бумаги.
— Ну, что там? — нетерпеливо выпалила я, подаваясь вперёд.
Вместо ответа Энди отдал послание мне. Я развернула его, едва не порвав, и впилась взглядом в несколько строк, написанных размашистым почерком. Никаких вопросов, никаких комментариев. Просто сообщение, что поручение отдано, и завтра к полудню мы будем знать адрес Роберта Картена. И дневным поездом сможем выехать в столицу. Вот это деловой подход. Признаться, мне от него стало даже как-то не по себе.
— Может, всё-таки поедем утренним? — осторожно предложила я, когда Энди тоже дочитал письмо, положил его на тарелку и поджёг.
— Зачем?
— Ну… так нам не придётся идти пешком две мили, — нашлась я, припомнив, что дневной фургон на станцию не заезжает.
— Зато к обеду мы точно будем знать, есть ли вообще смысл ехать, — решительно возразил Энди. — А получив адрес, и вечером успеем навестить этого мэтра Картена.
— Хорошо, — сдалась я.
Энди был прав, конечно же. Я и сама не горела желанием пять часов трястись до столицы и столько же обратно, чтобы в итоге остаться ни с чем. Правда, положа руку на сердце, Лике я не совсем соврала. Сбежать отсюда, хоть на пару дней, мне всё-таки хотелось. Но когда просишь об одолжении, тем более таком большом, надо обладать сверхнахальством, чтобы ещё и указывать, как именно оно должно быть сделано.
— И к тому же, так никто ничего не заподозрит, — добавил Энди. — Дневной поезд останавливается в Глэне.
— Что бы я без тебя делала, — вздохнула я.
— Вот уж не знаю, — хмыкнул Энди. — Но я бы без тебя тут с тоски повесился.
— Да ну, — улыбнулась я. — А как же Марсия и остальные?
— А они и есть главный источник тоски. Давай провожу тебя.
— Спасибо, — серьёзно сказала я.
— Подожди благодарить, — в тон мне отозвался Энди. — Сначала нужно выяснить, как этого беглеца искать. Потом найти его. А потом ещё заставить выложить нам всю правду. Вот если всё это у нас получится, тогда и поблагодаришь.
— Как? — почти со смехом поинтересовалась я.
— Что-нибудь придумаю, — пообещал Энди.
Уже в кровати я, еле-еле устроившись так, чтобы ничего уж слишком сильно не ныло, призадумалась над самой сложной и неопределённой частью плана. В самом деле, как убедить беглого преподавателя рассказать нам, что с ним тут произошло? Он ведь не обязан нас даже на порог пускать, не говоря уж о каких-то откровениях.
После примерно получаса весьма унылых раздумий я пришла к выводу, что лучшей политикой тут будет честность. Придётся рассказать обо всём и попросить помощи. Как показывает практика, напуганной девушке отказать трудно. Правда, роль милого, невинного существа, дрожащего от страха, мне редко когда удавалась.
Итак, выступать должен, разумеется, Энди, как настоящий герой и защитник. А я рядом постою, для правдоподобности. Дескать, оставаться боюсь, сплю плохо и даже кушаю с трудом, помогите, дяденька. Плечики опустить, глазки потупить и молиться, чтобы дяденька до того проникся историей, что даже не задался простым естественным вопросом: а чем же, собственно, это невинное создание привлекло к себе столь неоднозначное внимание.
От досады я стукнула кулаком по матрасу. Я, конечно, с виду вполне себе обычная девушка, глаза опускать умею и даже покраснеть могу, если очень постараюсь. К тому же с этим мэтром Картеном мы никогда не встречались, и вряд ли он наслышан о моих прошлых подвигах. К тому же в академии я особо ничем и не прославилась. Ночной визит в преподавательское общежитие остался между мной и лордом Гарсом, а история с подвалом… тоже, в сущности, большого шума не наделала. Разве что в буквальном смысле, но это скорее на совести мэтрессы Фишт. Где она видала подвалы старых замков без крыс? И всё же вопрос о причинах покушения именно на меня повисал в воздухе.