— Ну ты скажешь, — выдохнула я, прибавляя шагу.
— А что такого? — искренне не поняла моей реакции Лика. — Он же тебя один раз всего и наказал, ещё на втором курсе.
Да уж, зато наказал как следует. Пока я отвернулась, задумавшись, как бы подостовернее изобразить привидение, которым традиционно пугали первокурсников, подложил мне в зелье драконий корень. И следующие два дня я проторчала в лаборатории, сперва выясняя, что именно это было, а потом — чем отмыть с лица и рук оранжевые пятна.
— Увы, с тех пор я не разучилась делать глупости, — ответила я с деланной грустью.
К счастью, на этом соседка от меня отстала, только напомнила на прощание про мазь. Я покорно кивнула и отправилась в указанную лабораторию, отбывать назначенное взыскание.
Размеры его меня впечатлили: обе раковины были заполнены грязными пробирками, колбами и прочим почти с горкой. Перспектива провозиться до ночи вызывала тоску и уныние, особенно в свете завтрашней проверочной по атакующим формулам. Отчислить мэтр Сабб меня, может, и не отчислит, но вот взыскание точно влепит. За профнепригодность, да. Бесы бы побрали нашего досточтимого лорда куратора!
Дверь в лабораторию открылась, и я чуть не выронила колбу, которую убрала с верха кучи, чтобы нормально пустить воду, не забрызгав всё вокруг. Кажется, меня прокляли, и теперь стоит мне кого-то вспомнить, как этот кто-то немедленно появляется рядом. Эх, как бы забыть думать о мэтрессе Фишт?
Я так и стояла столбом с колбой в руках, а лорд Маркос с совершенно невозмутимым видом прикрыл за собой дверь, снял сюртук, небрежно бросил на стул, закатал рукава рубашки, подошёл ко второй раковине и взялся за ёршик. Я проводила его взглядом, но так и не нашла подходящих случаю слов.
— Мы оба виноваты в том, что произошло сегодня, — как-то очень буднично констатировал лорд, открывая кран. — Потому, думаю, будет честно поделить наказание поровну.
— Думаю, да, — не смогла не согласиться я. — И когда мэтресса Фишт явится проверить, как я отрабатываю своё, добавит она нам тоже поровну. Хотя нет, виновата. Это мой отец будет краснеть, когда ему сообщат причину моего отчисления. Вашего вызовут вряд ли.
На одном дыхании выдав эту тираду, я поняла, что буквально мечтаю провалиться в подвал. Или сбежать из Арсдейра немедленно. Потому что казнь моя будет скорой и жестокой. Нельзя говорить такое лорду куратору. Порядочной и скромной молодой девице вообще нельзя такое говорить. Никому и никогда.
— Не переживай, — отмахнулся этот негодяй, до обидного ловко орудуя ёршиком. — Я всё предусмотрел.
Я даже спрашивать не стала, что именно он предусмотрел и как, только со стуком поставила колбу на край мойки и тоже принялась за работу. Скажет, поди, что тоже зашёл меня проконтролировать, всё-таки алхимическое стекло дорогая штука, за ним нужен глаз да глаз. Только вот мэтресса Фишт ни единому слову не поверит.
К счастью, на этот раз старая вобла не появилась в ответ на мою мысль немедленно. Мы успели перемыть половину посуды, когда лорд внезапно закрыл кран, слевитировал со стула сюртук, отошёл к стене, прижался к ней спиной, сделал неуловимо быстрое движение пальцами и… просто исчез. Я разинула рот и снова едва не разбила ту же самую колбу. Еле успела поймать. Вот честно, мог бы и предупредить!
— Работаете, госпожа Бентон? — елейным голосом пропела с порога мэтресса Фишт.
Многострадальная колба чуть не полетела на пол в третий раз. Торопливо поставив её на застеленный тканью поднос, я обернулась и поприветствовала мэтрессу вежливым реверансом.
— Работаю, мэтресса Фишт, — сообщила я, не поднимая глаз и молясь, чтобы хоть что-то сегодня ради разнообразия пошло по плану.
— В половине одиннадцатого я приду запереть лабораторию, — сообщила мэтресса, выразительно тряхнув огромной связкой ключей. — Советую к этому времени закончить, или продолжите работать и завтра.
— Понятно, мэтресса, — согласилась я, на всякий случай опуская голову ещё ниже и исподлобья любуясь пушистыми домашними тапками, сменившими извечные строгие туфли госпожи проректора. Надо же как она старалась подкрасться незамеченной! Даже безупречным внешним видом пожертвовала.
Мэтресса закрыла за собой дверь, и я вернулась к посуде. Лучше мне и правда успеть закончить до закрытия лаборатории, не то послезавтра лорд Маркос накажет меня в третий раз, за появление на занятии неподготовленной.
— Терпеть не могу эту старую ведьму, — проворчал лорд Маркос, отходя от стены и опять становясь видимым. — И плетение это ненавижу, пальцы жжёт.
— А вы водичку сделайте похолоднее, — старательно копируя тон мэтрессы, посоветовала я.