Толстяк поежился, ему внезапно стало холодно, как будто в помещении потянуло ветром. Это не был сырой ветер с залива или пахнущий прелой листвой и мокрой хвоей ветер из леса. Нет, это был ледяной ветер из огромного склепа, где темные мрачные надгробья, где памятники смотрят пустыми глазами на случайно оказавшегося там человека. Смотрят грозно и осуждающе, поскольку тут — обиталище мертвых и не место живым.
— Давай уж быстрее… — голос у толстяка дрогнул.
Смуглолицый ничего ему не ответил. Он установил зеркало посреди стола, рядом с ним поставил свечи, остальные предметы разложил вокруг и повернулся к хозяину:
— Ты мне немного поможешь.
— Ладно, но только это будет последний раз!
Смуглолицый зажег свечи, достал из замшевого мешочка щепотку какой-то высушенной травы и бросил ее в огонь. Пламя свечей вспыхнуло ярче, приобрело мертвенный зеленоватый оттенок, в комнате заметно потемнело, запахло странным, волнующим запахом — так пахнет в степи перед грозой.
Хозяин гаража побледнел.
Смуглолицый произнес несколько слов на незнакомом языке, затем открыл металлическую коробку и достал из нее стеклянный сосуд необычной формы, напоминающей лодку, скорее — египетскую похоронную ладью. В этот сосуд он налил немного жидкости из каждого флакона. Странный запах усилился, свет под потолком постепенно померк и вовсе погас. Теперь помещение освещалось только зеленоватым светом свечей. В этом свете смуглое лицо загадочного гостя стало еще больше похоже на античную маску, глаза его потемнели, превратившись в два бездонных провала.
— Подойди ближе! — приказал он курчавому толстяку.
Тот неохотно приблизился. Руки его дрожали, лицо приобрело мертвенно-бледный оттенок.
— Дай мне левую руку! — приказал гость.
Толстяк вытянул вперед дрожащую руку, так что она оказалась над стеклянной ладьей. Гость нараспев произнес несколько непонятных слов и тут же полоснул по запястью толстяка возникшим в руке остро заточенным лезвием. Толстяк вскрикнул — не столько от боли, сколько из неожиданности. Из разреза в стеклянный сосуд потекла тонкая струйка крови. Жидкость в сосуде забурлила, меняя цвет.
Смуглолицый взял метелочку из перьев, обмакнул ее в содержимое сосуда и окропил свечи и зеркало.
Пламя свечей почти потухло, одновременно комнату наполнил тусклый зеленоватый туман.
Сквозь этот туман смуглолицый вглядывался в зеркало, одновременно произнося нараспев таинственные слова.
Курчавый толстяк в ужасе смотрел на него, дрожа крупной, мучительной дрожью.
В темном зеркале начали проступать какие-то смутные, расплывчатые картины. На какое-то мгновение они сложились в узкие улочки древнего города, в каменные стены, покрытые фривольными фресками. Город был пуст и как будто вымер. Потом промелькнуло что-то, похожее на салон самолета, все пассажиры сидели, прикрытые пледами, так что казалось, что они не люди, а манекены. Затем возникла толпа в аэропорту. Люди шли с неживыми лицами и молчали. Затем в зеркале мелькнуло хитрое вороватое лицо, приплюснутая кепка… Лицо тоже выглядело неживым, и двигался человек, как робот…
И зеркало заволокло зеленым туманом, в котором больше ничего нельзя было различить. Лампы под потолком засветились, хотя и не в полную силу, а только вполнакала, свечи совсем погасли.
— Ты увидел то, что хотел? — дрожащим голосом спросил толстяк своего таинственного гостя.
— Нет, — тот повернулся к нему, посмотрел с каким-то странным выражением, — это зеркало не смогло показать мне самое главное. Не смогло показать, где сейчас та вещь, которую я ищу.
— Что же делать?
— Мне нужно другое зеркало. Более сильное.
— У меня больше ничего нет, — толстяк пожал плечами — мол, и рад бы помочь, но не могу.
— Ошибаешься, — ответил его смуглолицый гость, — у тебя есть другое зеркало. Самое сильное из всех магических зеркал.
— Самое сильное? — переспросил толстяк, и в глазах его проступил ужас. — Ты же обещал, что это будет последний раз… что ты оставишь меня в покое…
— Вот именно! Это будет последний раз! Самый последний! Ты ведь знаешь, какое зеркало сильнее всех прочих магических зеркал?
— Зеркало Мертвеца… — едва слышно выдохнул толстяк.
— Вот именно — зеркало Мертвеца!
Смуглолицый снова окропил пламя свечей жидкостью из стеклянной ладьи, забормотал таинственные заклинания. В комнате опять потемнело. Смуглолицый взял стеклянную ладью в руки, поднял ее и подошел к дрожащему от страха толстяку. Вытянув вперед руки с ладьей, поднес ее к губам толстяка.