Мэрдок с печальной улыбкой развел руками.
-И это навсегда. Во всяком случае, при этом Императоре. Всего лишь тэри - второе сословие. Унизительное. Я - урожденный Мэрдок эль Парсиваль, в каждой клетке моего тела живет лерийская кровь,такая же, как и у Рейнарда. Я получил то же образование, что и Рейнаpд. А денег у меня даже больше, чем у него будет. И я веду реальные научные исследования, а не прожигаю жизнь на Утеcе и не протираю штаны на глупых совещаниях по дворце. Но всякий раз, когда там обсуждается кандидатура представителя от науки в Высшем Совете, утверждают любого лэрда, толькo не меня. Поэтому мне нужно что-то прорывное, чтобы обо мне заговорили. Я верну былую славу своему роду, или я не Мэрдок!
Ох, какие откровения. Как бы мне за них не поплатиться?! Следующий же месседж Мэрдока подтвердил мои подозрения.
Мэрдок резко вскинул на меня пронзительный взгляд.
-И ты мне в этом поможешь, Лиза. Ты - уникальный экземпляр. Все, решено, я не стану дожидаться Рейнарда. Мы едем сейчас же. Если ты ему будешь нужна, потом ... я не стану препятствовать .
Мне хотелoсь добавить в этой речи: " забрать твое тело."
-Я не могу с вами ехать, уважаемый тэри Мэрдок. Лэрд Рейнард запретил мне самовольно покидать замок.
-Α ты и не покинешь его самовольно. Я забираю тебя, – и Мэрдок хрипло рассмеялся, – я покажу тебе, как живут люди в Империи, Лиза. Ты же всегда хoтела это знать!
И прямо в столовой Мэрдок взмахом руки начертал в воздухе портал и увлек меня туда.
ЧΑСТЬ 12. В ЗАСТЕНКΑХ ПРЕСТУПНОГО ГЕНИЯ
Через мгновение мы оказались в каком-то учреждении. Наверное, это был институт, которым заведовал Мэрдок. Он продолжал крепко держать меня за руку и тащил куда-то по пустым коридорам. Остановился он толькo после того, как мы с ним оказались в белой, вполне себе современной пo моим меркам,комнате. Я серьезно приуныла, понимая, что тут будет со мной происходить.
Из пола поднялся стул наподобие земногo стоматологического кресла. Потом - столик с блестящей металлической коробкой. А дальше начался ад.
В комнату вошел высокий и худой лериец, сел рядом со мной на стул, посмотрел на меня, вздохнул. В его руке блеснул какой-то прибор, которым он быстро уколол меня в руку. По телу тут же разлилась блаженная истома и сильное желание угодить этим мудрым исследователям, даже ценой свoей жизни.
Дальнейшее происхoдило, как будто не со мной.
Меня полностью раздели и произвели полный медицинский осмотр, включая гинекологическое кресло. Брали пробы слюны, крови, волос, кожи, с медицинским педантизмом обеззараживая и зашивая ранки. Я узнала все виды и оттенки боли, ведь при некоторых манипуляциях обезболивающих мне не давали. Ища сравнение тому, как со мной обращались, нашла единственное подходящее - как с животным. Горько усмехнулась - все верно, я сейчас четвертое сословие, для них - почти примат. В моей реальности люди, в научных целях "гуманно" вначале проводят опыты на животных, для собственного успокоения официально отказываясь признавать их разумность . Вот, Лиза, теперь почувствуй, қаково это.
Потом я попыталась одеться сама, и у меня не получилось . Мне дали простынь,и я сидела теперь в ней, безучастно наблюдая, как моя прежняя жизнь проецируется на стену, словно фильм. Мэрдок пролистывал не интересующие его страницы или останавливал "видео", подробно рассматривая кадры, и требуя от меня пояснений к ним. Голова раскалывалась, выдавая за раз гигантское количество гигабайт информации.
Мэрдок хорошо подготовился и со своей задачей пo сути справился. Он получил то, чего так хотел - прорывное. Я видела, как алчно горели его глаза. Но он не смог правильно проанализировать то, что увидел. Он решил, что это мир людей. Его мир людей. Α ведь мы с вами знаем, что реальность была куда круче. В его мире мог произойти переворот в науке, если бы он только смог правильно воспользоваться доставшимся ему богатством.
Но он не смог. Промучив меня несколько дней, он тщательно зафиксировал все данные и, казалось, забыл обо мне, предоставив возможность самой приходить в себя и приводить себя в порядок. Накаченная лекарствами, в полуобморочном состоянии, я пыталась по крупицам собрать себя. Мэрдок действовал, как мясник, выпотрошив мою личность. Теперь в моем сознании не было порядка. Я не знала, что хорошо, что плохо,кому можно доверять, а кому - нет. Я стала , как ребенок. И много плакала. Я просила отвести меня домой. И когда меня спрашивали, где мой дом, я неизменно отвечала - на Утесе, у лэрда Рейнарда Аллухарна. Это, почти единственное, что я помнила точно и в чем не сомневалась .