Выбрать главу

– Молодцом!– оценил мой успех Паша,– вылазь на сушу, одевайся! Только часики мне одолжи.

Испытание последним прошел сам командир, вынырнув на поверхность с видом Емели, только что добывшего волшебную щуку.

– Я смог! Сам! Без пилюли!

В сущности ведь совсем мальчишка!– подумалось мне.

Глава 9. Классы

Глава 9. Классы

Располагались на ночлег не спеша, обнаружив в одном из незапертых шкафчиков четыре аккуратно скатанных в рулон лёгких, но плотных туристических коврика.

– Жаль полотенец нет,– посетовала Алиса на непредусмотрительность хозяев неведомых.

– И пожевать бы чего,– в тон откликнулся я.

– Ага. Пряников тульских, да под чаек горячий, с лимончиком, самое оно бы после водных процедур.

– Не трави душу, Паша.

– Я проверил твою гипотезу о статусе в отражении, – немного невпопад отозвался лидер.

– И...?

– Ответ отрицательный. Пока загадкой остаётся для меня собственный класс.

– Ясно. А как думаешь, чем вообще он обусловлен? Навыками, приобретенными "на гражданке"?

– Как ты любопытно выразился. На гражданке,– невольно улыбнулся Павел. – По моим наблюдениям не совсем так. Речь скорее о нереализованных желаниях.

– Расшифруй.

– Алис, вот ты кем мечтала стать в детстве?

– Художником. На факультатив по рисованию ходила в школе. В Новосибирск хотели ехать с подругой Зиной, учиться по специальности прикладное декоративное искусство.

– Поступила?

– Зина поступила,– насупилась наша принцесса.

– А ты?

– А меня мама отговорила ехать. «Поступай на бухгалтера, и ВУЗ под боком, и без работы не останешься!» А мне вся цифирь проклятая поперек горла стоит!

– Улавливаешь?– Павел обернулся ко мне, как раз в тот момент, когда яркое неоновое освещение сменилось едва брезжащим дежурным.

– Что?

– Закономерность.

– Для обобщений материала маловато.

– Добавим. Возьмем меня. И Кожу. Думаешь я фанатом компьютерных игр был?

– А разве нет?

– У меня родители строгие очень были. Полчаса в день на виртуальные развлечения,– и ни минутой больше! На книжки ограничений не было, поэтому, когда в моду литрпг вошло, я романы запоем проглатывал.

– А что в случае с Кожей?

– С Кожей? Он же никакой не убийца там, в обыденной жизни. Вор. Мошенник, страстно желавший подняться в криминальной иерархии выше. А кто выше вора? Правильно, киллер. Во всяком случае в том табеле о рангах, что у него в голове.

– А со мной как тогда?

– Ты проводник. Рискну предположить, что всегда грезил о бескрайних морях и экзотических странах. А может о поиске пиратских кладов. Так ведь?

– Так,– с грустью в голосе согласился я,– То есть насчет кладов не уверен, а попутешествовать, повидать весь мир очень хотел.

Память тут же воспроизвела череду сцен, где я предлагаю Инне отправиться вместе в тур, или просто дикарями. По большому счету не важно даже куда и как. «Не выдумывай», «не время», «дорого», «надо маме в огороде помочь», и хит отговорок «в следующем году обязательно». Эх, так и не случилось у нас следующего года, любовь моя!

Сон подкрался незаметно, укрыв острые углы переживаний мягким пуховым одеялом.

На следующее утро нас ждал завтрак в американском стиле, кукурузные хлопья, залитые шоколадным молоком. И скупо проапгрейженные атрибуты. На моем добавился (или, точнее сказать, тупо остался) секундомер, вынесенный нынче в отдельный периферийный циферблат. Пистолете Али обзавелся удобной тактической рукояткой, у Алисы восстановилась и, вроде бы, удлинилась полоса татуировки на левом предплечье, а на острие когтя появилась остро заточенная грань. Всеведущие очки Павла внешне стали еще элегантнее, сменив обычные стекла на хамелеоны.

– Пиииии,– сигнал исходил от старомодного массивного монитора. Текст, проступившей на экране, оказался предельно лаконичен.

«На север»

Я автоматически перевел взгляд на запястье. Ага, по ободку возникли неприметные четыре латинские буквицы, обозначающие стороны света. Острие стрелки ожидаемо упиралась в «N», “nord”.

– Паш, а что с браслетиками?

За вчерашние сутки мы так свыклись с полиэтиленовыми полосками регистраторов, что и на ночлег отправились с ними.

– Посмотри на запястье.

Абстракционизм буйства красок многочисленного переплетения колец перенесся на кожу, как хаотичный узор.