Дождался оповещения «все участники, кроме вас, прошли процедуру регистрации. До окончания лимита времени осталось 7 часов 26 минут 12 секунд».
… 11 секунд
… 10 секунд
… 9 секунд
… 8 секунд...
Ладно, не будем задерживать почтенную публику. Или, как говорил один кумир «шоу маст гоу он». Сейчас, сейчас. Андрейка отыщет свой маленький краеугольный камешек мужества среди слоя соплей. И шоу будет продолжено. Шоу должно продолжаться.
Я навел курсор на цифру «2». Вдавил кнопку.
«Внимание. Вы сделали выбор в пользу продолжения участия в проекте «Мебиус». Предупреждение. Возможность возвращения в начальную локацию станет доступным не ранее, чем через триста шестьдесят восемь суток по традиционному земному времени отсчета. Подтвердите, что вы поняли условия и принимаете их, нажатием клавиши «энтер». Клавиша «эскейп»– отмена решения».
– Энтер!
– Решение зафиксировано. Обновление статуса. Текущий статус «Путешественник». Сеанс подготовки состоится завтра. Необходимо прибыть в личный кабинет в течении одного часа после оповещения.
По экрану побежали строчки. Внимание. Получено достижение... Получены дополнительные возможности... Получены единицы свободных характеристик...
Процедура регистрации завершена. Вы можете покинуть помещение.
В подтверждении сказанного послышался щелчок снятия блокировки.
Я не смотрел на строку бегущих сообщений. Захлопнул крышку ноутбука. Нашел на ощупь рулон с салфетками. Вытерся. Высморкался от души. Еще раз вытерся, сбрасывая смятую бумагу в банальную офисную корзинку для мусора. Завтра, все завтра. А там может и Паша объяснит, что к чему. А еще мне надо непременно увидеть Алису. Просто побыть с ней рядом. Почувствовать плечом тепло ее плеча. Просто посидеть на траве, взявшись за руки. Просто помолчать. А Али с Пашкой пусть подождут. Путь будут где-то рядом. Потому что к ним я тоже успел привязаться. Ну и Алевтина, конечно. Теперь она с нами.
Пора.
Возле экс-коровника собралась полукольцом львиная часть населения Приречного.
– Восемьдесят второй. Расчет окончен,– с непонятной мне мрачной торжественностью громко оповестил собравшихся рослый рыжий детина. Странно, что я его раньше не видел. С таким ростом и статью не спрячешься! Вот кому молотобойцем бы быть, а не Федору. Хотя, и тот, положа руку на сердце, тоже далеко не мелкий мужчина. Тут же кольнуло подозрение. А вдруг именно сейчас Федя проникновенно заглядывает в глаза Алисе? Вдруг он, а не я, уже держит ее руку в своей? Я, словно филин на суку, завертел головой, выискивая друзей. И не находя их. Зато наткнулся на мерзкую бандитскую рожу. А рядом ошивался предусмотрительный Афанасий. Понятно, что эти-то отсюда ни ногой. Кем они были в той, нормальной, жизни? Никем. Пылью на обочине трассы. Неудачниками, не сумевшими вписаться ни в одно человеческое сообщество. Интересно, Кора тоже осталась? Или нет? Народ потянулся к дверям экс-коровника. Зачем? Непонятно. И тут меня подхватили под локоть, повлекли в сторону, да с такой скоростью, что я чуть с ног не слетел.
– Михалыч?
– Пойдем, Андрей, поговорить надо.
– Это срочно? Я с друзьями хотел...
Он не дал мне договорить, утаскивая в сторону центра поселка с бескомпромиссностью и мощью стремительного водоворота.
– Считай, что очень срочно! О друзьях и поговорим!
Выкрик самозваного глашатая, поведение старосты, отсутствие знакомых лиц среди собравшихся, все это показалось мне странным. Очень странным.
Тем временем, мэр поселения продолжал тянуть меня по улице с нечеловеческой силой. Вот и его дом. Михалыч буквально втолкнул меня под навес, украшенный нынче по периметру гирляндой, состоящей из крохотных, весело перемигивающихся огоньков. Причем влетая на площадку я почувствовал тугое сопротивление уплотнившегося воздуха. Словно трехкиловаттную тепловую завесу в супермаркете миновал.