- Да, фельдмаршал, я все прекрасно понимаю, - ответил Эмберх, а про себя подумал: "Черта с два. Промышленники единственная надежда предотвратить войну, потому они обо всем узнают". Может, и неразумно было портить отношения с фельдмаршалом, но в данном случае Карл готов был рискнуть. Если начнется война, его призовут на фронт и он никогда не доберется до шкатулки, к разгадке тайны которой подошел вплотную. Не теперь! Ни Гитлер, ни Бломберг, ни кто-либо другой не посмеет отобрать у него заслуженный по праву трофей.
- Тогда жду вашего ответа. Пожалуйста, не затягивайте с этим.
- Сделаю настолько быстро, насколько вообще возможно, - пообещал Эмберх.
Они попрощались и расстались - Бломберг пошел вниз по аллее, Карл вернулся к кафе, где оставил свой автомобиль, сел в него, взялся за руль и застыл. Вспомнились окопы Великой войны, свист летящих снарядов, взрывы, страх, лазарет, нежное прикосновение, светлые голубые глаза, белые вьющиеся волосы. Внутри что-то сжалось, на душе сделалось неуютно. Эмберх поджал губы, завел автомобиль, поехал, сосредоточившись на дороге. Не стоит бередить старые раны.
...
Сидя в роскошной ресторанной кабинке пузатый промышленник Вильгельм Деншвиль откинулся на спинку кожаного сиденья и смотрел через окно второго этажа на мельтешившиеся внизу фигурки людей. Бизнес Деншвильда, захиревший в годы мира, снова начал подниматься. Если рынок локомотивов, на который он с трудом сумел пробиться, был высоко конкурентным и иной год радоваться приходилось даже тому, что удалось остаться при своих, то рынок оружия, обретший вторую жизнь благодаря Адольфу Гитлеру, в Германии представлялся непаханым полем. Снова приводились в действие старые станки, арендовались новые помещения, росла численность персонала. У Вильгельма опять появились деньги, его стали уважать, консультироваться в том числе в правительстве. Он охотно вступил в НСДАП и активно поддерживал начинания Гитлера.
"Удивительно, - думал Вильгельм, переводя взгляд на фигуру крупного человека, направлявшегося к входу в гостиницу, - как легко победители согласились с нарушением условий Версальского мира. Я ожидал проблем с поставками, а они закрыли глаза и на рост армии, и на Рейнскую область. Интересно, как далеко они позволят зайти Адольфу?"
Были, конечно, вещи, которые Деншфильда не устраивали. Так, ему приходилось платить взносы в различные национал-социалистические фонды. Вкладываемые туда суммы были внушительны и, формально, дело это было добровольное. Вот только недостаточно щедрые капиталисты в один прекрасный день могли заработать себе проблемы с гестапо, на махинации же щедрых никто внимания не обращал.
Раздражали потуги отдельных партийных деятелей научить Деншфильда управлению фабриками и заводами. Иной раз возникало желание в грубой форме отвязаться от прилипал, но порыв этот приходилось бороть - проблемы Вильгельму были ни к чему. Лишь однажды в разговоре с инспектировавшим его заводы руководителем четырехлетнего плана Герингом Деншфильд намекнул, что неплохо было бы присылать к нему компетентных лиц, которые хотя бы что-то смыслили в производстве. Замасленный взяткой Геринг пообещал, что вопрос решит, на деле же ничего не поменялось, и периодически Вильгельму присылали функционеров, делившихся насколько грандиозными, настолько же глупыми затеями, возникшими в центральном аппарате. Приходилось терпеливо объяснять, почему поступить так не получится, а про себя поражаться, как настолько необразованные и поверхностные люди смогли оказаться у власти.
В кабинку постучали, заглянул одетый в белую рубашку, желтую жилетку и черные брюки официант.
- Господин Эмберх просит прощения за опоздание, - сообщил он.
- Да-да, - отвлекаясь от своих мыслей закивал Деншфильд. - Пригласите его. И еще, - он покопался в кармане своего пиджака, достал несколько купрюр, - заплатите музыкантам, пускай сыграют что-нибудь легкое.
- Как вам будет угодно, господин Деншфильд, - произнес и удалился официант.
Вскоре в кабинку вошел Эмберх, не произнеся ни слова, кивнул, сел напротив.
- Спасибо, что уделили мне время, Вильгельм.
- Полагаю, в беседе я заинтересован не меньше вашего, - заметил Деншфильд. - У нас в кругах всякие слухи ходят. Говорят, например, что недавно фюрер устраивал в рейхканцелярии совещание, на которое помимо военных был приглашен министр иностранных дел барон фон Нейрат. Такая информация заставляет задуматься, знаете ли. Ваше желание поговорить со мной как-то связано с этими событиями?