— Может быть, вы — потомки древних ядавов? Возможно ли это? — удивилась Прия. — деда Кришны звали Шурасена и члены его клана известны как шайнья. Известно, что их потомки осели на территории современного Пенджаба и стали назваться шайни. Но ведь это моя фамилия! — воскликнул Шайни.
— Хорошо, но как с остальными? У них прослеживается такая же связь? — спросила Прия.
— Клан, основанный сыном Сатваты, носит имя вришни. Они поселились в районе Барсаны в Уттар-Прадеше и оттуда мигрировали в другие регионы Индии, где были известны под названиями варшни, варшнай, варшная, врушни. Их также звали варшнеи, как и моего покойного друга Анила.
— Интересно. А Бходжарадж? Его имя больше походит на дравидийское, чем на северо-индийское.
— Слово «бходжа» буквально означает «обильный». Члены этого кланы являются потомками Махабходжи. Они построили храм Бходжишвара в Бходжпуре, это недалеко от Бхопала. В зависимости от места жительства они именуются как бходж, бходжвани, бходжараджи. Отсюда получил название распространённый диалект Северной Индии — бходжпури. Здесь же и корни фамилии доктора Никхила Бходжараджа.
— И я через свою фамилию связан с ядавами? — поинтересовался профессор Куркуде.
— Кукура как клан ядавов упоминается в «Артхашастре» Каутильи. В «Бхагавата Пуране» говорится, что кукуры занимали территорию возле Двараки. К этому же клану принадлежал Уграсена, отец Камсы. Такие фамилии, как Кукура, Куркуде и Куркуре восходят корнями к этому клану ядавов, — пояснил Шайни. — Собственно, и про девендру Чхеди можно сказать то же самое. Одним из кланов ядавов были чеди, потомки Чиди, внука Видарбхи. Они основали свое царство там, где находится современный Чхаттисгарх, и их потомки известны как чхеди. Ну как, будете меня обвинять, что я испугался из-за пустяка?
— Есть ли у вас предположение, как вы все пятеро стали избранными? — задала вопрос Прия.
— Очевидно, что у Варшнея были свои веские причины привлечь людей, являющихся, как и он, потомками ядавов, — предположил Шайни. — Анил не делал ничего необдуманного.
— Вот и обсудите это с Чхеди, — посоветовал Куркуде. — Может быть, генетик решит вопросы генеалогии.
— Вы абсолютно правы, профессор, надеюсь, эта загадка окажется по зубам Чхеди.
Сказав это, Шайни вдруг вспомнил свое посещение Калибангана и то, что Варшней ему сказал:
«Ты не просто мой лучший Друг, Рави, ты мне как брат. Однажды ты поймешь, что это утверждение не просто проявление эмоций, а вполне логичный факт. Мне известен твой генетический код, Дружище».
48
Драупади рассказала мне, как к ней ворвался стражник и сказал, что ее присутствия в собрании требуют Кауравы, выигравшие ее в кости.
— Иди и спроси моего супруга, лишился ли он свободы до того, как проиграл меня, или после, — сказала Драупади стражнику. — Если же он проиграл себя первым, то уже не имел права делать ставку на меня!
Вопрос был правильным, но разгневанный Дурьйодхана игнорировал его и отправил своего брата Духшасану, приказав ему притащить меня, раздетую, за волосы в зал собрания. Драупади находилась в отдельной комнате, где пережидала дни своих месячных очищений. Когда Духшасана попытался сорвать с нее одежды, Драупади взмолилась ко мне. Я позаботился о том, что бы ткань ее сари стала бесконечной. Раздеть Драупади так и не удалось. Она явилась в собрание и дала клятву оставить волосы распущенными до того момента, пока не сможет омыть их в крови Духшасаны. Бхима произнес две ужасающие клятвы. Он дал слово испить крови Духшасаны и перебить Дурьйодхане бедро, которое он оголил, приглашая Драупади присесть.
— Нам надо разделиться, — предложил Шайни, когда они уже были на парковке возле здания, где их поджидал Чхеди. — Если в кабинете Чхеди поджидает полиция, хотя бы не все угодят в ловушку.
— Хорошая идея, — одобрила Прия. — Я уверена, что инспектор Сингх считает вас похитителем профессора. Мы оставим его в машине и пойдем вдвоем. Если через час мы не вернемся, профессор может попробовать нас найти. Вы согласны, господин Куркуде?
Куркуде был не против.
— Вот и отлично. Теперь главная наша забота — как попасть внутрь здания не привлекая внимания полиции. Я нутром чую, что здесь полно полицейских в штатском, — уверенно заявил Шайни.