Радимир присмотрелся туда, куда показывал Шаман. Воздух перед ним в ярком свете уличного фонаря, казалось, был прозрачен и чист, но внезапно он заметил, что лежащий на земле старый газовый баллон виден как будто через гигантскую линзу и казался значительно большим в размерах, чем был на самом деле. Радимир перевел взгляд на землю рядом с баллоном, и увидел, что строительный мусор, валявшийся рядом с ним, визуально менялся в своих размерах, как будто в воздухе плавала гигантская линза.
Осторожно обогнув аномалию, Радимир при помощи Веселина поднял блок питания с земли и вставил его в отсек. Закрепив разъемы, Шаман осмотрел двигатель и залез в кабину. Вскоре двигатель мягко загудел. Отключив автоматическое управление и переключив его на ручное, Шаман взялся за рулевой рычаг. Трак стронулся с места. Набирая скорость, он выкатился на улицу. Шаман развернул его на месте и, набирая скорость, направил прямо к рольставням входа.
Радимир увидел, как трак, разогнавшись, быстро спустился вниз по пандусу и врезался широкой грудью в закрытые ворота. Рольставни не выдержали мощного удара, и с треском продавились вовнутрь. На цементный пол с грохотом и звоном рухнули обломки ворот.
Шаман, сдав немного назад и освободив проезд, заглушил двигатель. При этом фары он оставил включенными. В их ярком свете за воротами был виден какой-то широкий сводчатый туннель.
Трак придется оставить здесь и дальше идти своими ногами, – заметил Шаман. – по туннелю на нем не проехать.
Радимир хотел было спросить, почему нельзя проехать, но в этот момент все увидел сам. Туннель был буквально забит брошенными машинами. Судя по всему, был час пик, когда выход из туннеля обрушился, и людям пришлось оставить машины там, где застала их катастрофа.
Сталкеры шли по туннелю, освещая себе путь фонарями и обходя машины. Двери многих машин были открыты, в салонах брошены вещи, уже покрывшиеся многолетним слоем пыли.
В туннеле стояла какая-то особенная тишина, которая, казалось, таила в себе незримую угрозу. Вроде бы в туннеле никого не было, и ничего к этому не предполагало, но при этом ощущалось какое-то нехорошее предчувствие. Нервы были напряжены до предела. Похоже было, что это чувство передалось всем сталкерам. Шаман шел впереди, поводя дулом плазмогана из стороны в сторону и внимательно осматривая дорогу впереди. Вскоре он оказался у небольшого грузовика, который впечатался в черный джип, смяв тому левое крыло. Справа от них впритирку стоял какой-то красный спорткар. Путь впереди был заблокирован, и сталкер был вынужден перелезать через машину. В это время Веселин, шедший сбоку, обогнул препятствие по другому ряду и оказался на небольшом пятачке, свободном от машин.
В этот момент со стороны послышался какой-то шорох. Краем глаза он увидел движение и быстро перевел туда свет фонаря. В свете луча на него надвигалось что-то темное. Веселин быстро сбросил предохранитель и нажал спуск плазмогана. Сгусток плазмы, вырвавшись из ствола, ударился в темное облако, и вдруг, не разорвавшись, отскочил обратно под большим углом. Пролетев до стены туннеля, он отскочил и от него, мелькнув по туннелю подобно молнии.
Ложись на пол! – донесся до него крик Шамана.
Веселин тут же бросился на цементный пол. Сделано это было вовремя – через секунду сгусток плазмы, вновь отразившись от стены, пролетел над его головой там, где от только что стоял. Плазма улетела вглубь туннеля и, задев какой-то автомобиль, наконец, разорвалась. Грохот от взрыва прокатился по туннелю и через несколько секунд стих, принеся обратно отдаленное эхо.
Уши как будто заложило ватой. Веселин встряхнул головой, как бы пытаясь вытряхнуть пробки из ушей, и встал. Первым делом он посмотрел перед собой. Темное неясное облако продолжало клубиться перед ним, но не делало никаких движений в его сторону. К нему подошел Шаман:
– Зачем стрелял? Это всего лишь “перекати-поле”, неопасная аномалия пространства-времени, которое свободно кочует с места на место. Здесь настолько переуплотненное пространство, что его не пробивает ничего. Но оно отражает наружу все, даже высокотемпературную плазму. Абсолютно безобидное явление, и не причинит никакого вреда. Вот, смотри.