… Я бежала по цветущему полю. Из последних сил бежала, боясь оглянуться назад. Мне просто необходимо добраться до спасительной кромки леса. Отчего-то я точно знала, что мои преследователи именно в этот лес ни за что не сунуться. Целую декаду мне удавалось прятаться, но все хорошее когда-нибудь кончается. Мальчишка, конюх местного лорда земли, который приютил меня в амбаре, сообщил по большому секрету, что этот самый лорд возвращается через два дня. В общем, если я не хочу, чтобы меня нашли, то пора сваливать. О, всеведущие боги, за что мне такие испытания?
Оставшись одна, я упала на спину и целую минуту смотрела в потолок амбара, соображая, что же теперь делать. Соображалось, откровенно говоря, плохо. Да, что там говорить, хреново соображалось. Сколько себя помню, я всегда жила с бабушкой, которая заменила мне не только мать, но и отца. И жить бы нам в своём домике тихо и спокойно, и дальше, но мы предполагаем, а боги располагают. На нашу деревню напали, и некогда счастливая и беззаботная жизнь в одно мгновение закончилась. Сначала бабушка меня прятала, запрещая показываться, когда в наш домик приходили за снадобьем или ещё зачем, что может только местная ведьма-травница.
Но, вот уже несколько дней, как бабушка ушла из дома. Я все это время просидела в погребе, выходов из которого было два. Один в дом, другой - на лесную опушку. Был ещё один, вёл в избушку в самой чаще нашего леса. Но лесные, уходя, завалили его. И теперь наш лес тоже не был для меня спасением.
И поэтому, я бежала, задыхаясь, уже подумывая, чтоб остановиться и передохнуть, когда услышала за спиной погоню.
- Вон она…
И я побежала ещё быстрей, стараясь не оглядываться на приближающийся звук мужских голосов.
Лишь на мгновение остановилась у кромки леса, переводя дыхание, и в последний раз оглядываясь назад, словно прощаясь с прошлой жизнью.
- Аэрелия, скорее! – хлёсткий окрик заставил вздрогнуть и с опаской посмотреть на деревья. Создавалось впечатление, что лес начинался сразу с чащи, непролазной, первобытной чащи.
Оглянувшись назад, и оценив сокращающееся расстояние до преследователей, я сделала первый нерешительный шаг вперёд, в лес. Что-то сильно ударило в спину, придав мне скорости, рождая в голове одну единственную мысль: «Глупо, Господи, как же все глупо. И больно»
- Ну, наконец-то, решилась! Ну, здравствуй, дочка, наконец-то, мы встретились. Думал, бабка костьми ляжет, но не позволит нам увидится – меня крепко обняли, и это было последнее, что я почувствовала, перед тем как потеряла сознание...
6
От звука хлопнувшей двери, резко подпрыгнула, просыпаясь. Села на диване, протёрла руками лицо, окончательно отгоняя сон, и прислушалась к ровному дыханию спящего ребёнка. Протянула руку и аккуратно коснулась лба малыша, температуры не было, дыхание глубокое, чистое, может все прошло так же внезапно, как и началось?
Я вышла из комнаты, потихоньку прикрыв за собой дверь, пусть ребёнок спит столько, сколько ему нужно. Лучшего лекарства, чем сон ещё не придумали.
Уже была глубокая ночь, когда подруга соизволила прийти домой. Я встречала её у порога, как ревнивый муж, негодуя на такое долгое отсутствие, когда ребёнок болеет. Измученная встречей с клиентом Наталья лишь кивала головой на все мои далеко нелестные выпады. А прошлась я по ее личности от души, и пока не выговорилась, не смогла остановиться, хотя видела, насколько она была вымотана. Наконец, я смогла заткнуться и, махнув рукой, потопала на кухню ставить чайник, греть ужин. Но, когда я накрыла на стол и пошла звать заработавшегося риелтора, она уже тихо-мирно спала. Уработалась подруга, даже жалко стало будить. Я укрыла её пледом и, убрав все со стола, ушла спать.
На следующий день я проснулась раньше всех и решила порадовать своих родных чем-нибудь вкусненьким, быстро собралась и выпорхнула в магазин за вкусняшками.
Вышла из подъезда, оглянулась, поймав на себе чей-то пристальный взгляд. Уже почти привычно передёрнула плечами, словно стараясь скинуть с себя тяжесть чужого внимания, и, задрав повыше подбородок, направилась к ближайшему магазину.