После завтрака, Михаил увязался за нами, никак хотел поржать надо мной и моими страхами перед лошадью.
Но я после вчерашнего уже не так сильно боялась подходить к парнокопытным и даже позволила себе погладить мягкий влажный нос коня. Ондрий дал морковку, и я осторожно протянула лакомство на открытой ладони. Шершавый язык слизнул с ладони морковку... Это, это скажу я вам, непередаваемое ощущение. Чистый восторг.
- Нам пора - Ондрий вскочил в седло, подхватил меня. В ответ на мой визг раздался весёлый смех мальчишки. А я быстро, погрозив ему кулаком, вцепилась в руку Ондрия.
- Ты делаешь успехи, Эли. Совсем скоро сможешь ездить самостоятельно.
Я так и не поняла, шутит он или просто издевается, но на всякий случай решила обидеться. Так мы и ехали медленно и молча. Только, наверное, прав был Ондрий, страх постепенно отступал, уступая место восторгу от поездки на лошади.
- Ондрий, Аэрелия, рад вас видеть - Айгор ждал нас около входа в больницу.
- Знаете, профессор, как ни странно, но я тоже рада вас видеть, причём одного, без Цельза.
- Ну, что вы Аэрелия, надеюсь, что Цельз более вам не нужен (так и слышится тонкий врачебный юмор). Теперь, только терапия, а это зависит это от нас с вами.
- Это радует.
Осмотрев, Айгор подтвердил: рука медленно, но верно восстанавливается и в целом я иду на поправку, что, несомненно, радовало. И вскоре о серьёзном ранении будут напоминать только шрамы. «Хотя, через пару-тройку месяцев вы совсем забудете о ранах, вот увидите» - передразнила профессора. Интересно, смогу ли я хоть когда-нибудь понять, как можно забыть о ранении, когда на руке, да и на спине вот такие жуткие шрамы? Это мужчину шрамы украшают, вряд ли это же самое можно сказать и о женщинах.
Однако, профессор заверил меня, что со временем шрамы и поблёкнут, и исчезнут совсем, нужно только ежедневно приезжать на необходимы процедуры и массаж.
- Это будет долго, наверное, для Вас, Аэрелия, очень долго, но поверьте, результат того стоит. К сожалению, нельзя просто по щелчку пальцев убрать все эти шрамы. Потребуется довольно-таки длительное лечение. Вы к этому готовы?
Я кивнула, соглашаясь с предстоящим долгосрочным лечением. Неважно как долго будет проходить лечение, важен результат: чистая, без зловещих рубцов кожа. Заметив, обеспокоенный взгляд профессора, тоже посмотрела на сопровождавшего меня мужчину.
- Ондрий?
- Через пару-тройку недель мне придётся уехать, но думаю, что к тому времени что-нибудь придумаю.
- Может, Аэрелии будет лучше в это время побыть в лечебнице? - осторожно спросил Айгор.
- Нет! - в один голос воскликнули мы.
Не знаю, почему против Ондрий, но я была уверенна, что сбежать из лечебницы будет гораздо сложнее, чем непосредственно из дома. Тем более, что две-три недели пролетят очень быстро. Я все ещё помнила предложение Эмили помочь мне исчезнут в наиболее подходящий момент. Скажу прямо, я рассчитывала на её помощь. Говорила себе, что нужно потерпеть ещё немного, совсем чуть-чуть и у меня появиться тот самый подходящий момент, про который говорила «эльфийка».
19
У самого кабинета профессора, на стуле, закинув руки за голову и глядя в потолок, сидел мужчина... Как только мы вышли за дверь, он поднялся и протянул руку Ондрию, с холодной учтивостью поклонился, или скорее сделал видимость, мне и уже не обращая на меня внимания попросил Ондрия уделить ему пару минут.
- Аэрелия, спускайся вниз, это не займёт много времени, я тебя догоню.
Так и хотелось сказать: «Ну, что ты, папочка, мне совсем не скучно, а даже наоборот, крайне любопытно, о чем таком важном пойдёт разговор двух интриганов. Но, конечно, на такое я была не способно и мне сейчас трудно сказать издержки ли это воспитания или врождённый талант. В любом случае от этого необходимо избавляться.
Я лишь кивнула головой и повернувшись в сторону лестницы, сделала вид, что крайне заинтересовалась видом из окна. Давно не видела, целую ночь и успела соскучиться. Вот только о чем они говорили - не знаю, хотя прислушивалась к их тихому разговору изо всех сил. Но... (видимо, мне пора проверить слух) ничего так и не услышала.