Ондрий, действительно, закончил разговор очень быстро и подошёл ко мне. Я все так же стояла напротив окна, усиленно делая вид, что кроме открывшегося вида меня ничего не интересует. Хотела ли я знать, о чем шла беседа - да, конечно, любопытство - страшная штука.
- Эли, нам пора.
- Все обсудили, что хотели? - я сделала вид, что с трудом оторвалась от местных красот.
- Почти - на губах Ондрия промелькнула печальная улыбка.
- Что-то не так?
- С чего ты это взяла?
Я пожала плечом, мол, и так все видно и понятно.
- Нет, все довольно-таки неплохо, только у меня в запасе нет тех двух-трех недель, что я тебе обещал. Идём?
Я кивнула, и задумалась, чем мне может грозить изменение планов Ондрия. На улице Ондий легко вскочил на коня, наклонившись, подхватил и усадил меня перед собой. Я уже не зажмуривалась, но глаза благоразумно держала закрытыми: хотя визг и смогла сдержать, но страшно все ещё было.
Домой мы добирались намного дольше, чем вчера. Не могу сказать, что осознание данного факта меня возмутило. Напротив, я даже прониклась к Ондрию некой благодарностью, за возможность подумать. Я уже мысленно потирала ручки, в предвкушении скорого исчезновения из саккарских лесов. (И почему мне никогда не приходило в голову, зачем я так рвусь отсюда?). Ондрий наверняка тоже думал о чем-то своём.
- Аэрелия, где ты витаешь? - донёсся до меня голос Ондрия.
- Что? - перевела взгляд на ехавшего рядом со мной мужчину.
- Я пытаюсь поговорить с тобой.
- Прости Ондрий - покаялась я, - но давай отложим душеспасительные речи на потом.
- Я хотел узнать - не сдавался мужчина - почему ты отказалась от предложенного Айгором?
- Но ты ведь тоже был против моих ночёвок в лечебнице - отбила подачу, мне отчаянно не хотелось раскрывать свои планы.
- Почему был? Я и сейчас против - согласился Ондрий. - Мне приятно, что мои дети живут в моем доме.
- Оооо, как-то не подумала о такой интерпретации твоего «нет» - пробормотала в ответ.
- А, каковы твои мотивы отказа?
Он, что реально думает, что я вот так сразу выложу свои мотивы? Ха, и ещё много раз ха!
- Мне тоже, Ондрий, мне тоже. - Что не сделаешь, лишь бы усыпить бдительность
Он как-то даже засветился от моих слов.
- Я рад, что ты так к этому относишься. А все недоразумения, я уверен, со временем утрясутся.
Если честно, стало неловко за своё враньё. Мужик так откровенно радуется возможности воссоединиться с дочерью, а я его так откровенно повозила мордой в гов..... эх!
Пролетевшая неделя ничем примечательным не выделялась из череды таких же, но проведённых в больнице.
Ондрий каждое утро отвозил на процедуры, иногда доверял Ксандру забрать меня из лечебницы. Постепенно я привыкла к его специфическому юмору, и даже научилась не реагировать на его подколки.
В этот день ничего не предвещало изменений в привычном расписании. Ондрий, как обычно, отвёз в лечебницу, предупредив, что вероятно заберёт меня Ксандр, если он сам не успеет закончить все свои таинственные дела. Дала понять, что все в порядке, он может не торопиться, а так как дорогу до дома я худо-бедно запомнила, то точно не потеряюсь если сама дойду до дома. Пешком, ибо на лошадь одна не сяду. Ондрий заверил, что одной идти мне не придётся. Не понимаю, к чему такая щепетильность? Я все же не переходящее знамя, у меня и ноги есть и ходить умею. О чем и сообщила Ондрию. Тот аж поперхнулся от такого заявления и как-то странно на меня посмотрел. Ну нет, так нет, подожду сопровождающего. Буду «царица Аэрелия и сопровождающие лица» (ха-ха-ха).
В общем, не суть. Я к чему все это? Ондрий или успел закончить все свои дела, или вообще никуда не отлучался, ибо ждал меня у дверей лечебницы. Приятно, что ни говори, это если не искать скрытого смысла. А если хорошенько подумать, то получается, что я под домашним арестом? Нет, ну а что я ещё могу подумать, если одну меня никуда не отпускают.
Практически около самого дома, нам на встречу вылетел всадник. Увидев нас, он резко остановился, вынудив своего скакуна встать на дыбы, испугав при этом нашего. Ондрий еле успел натянуть поводья, успокаивая своего коня и крепче прижать меня, чтоб не упала.
- Идес! - прошипел Ондрий, признав, наконец, встречного. - Ариит-на лее ньес!
- Михаил, Ондрий, таке онес-та. Ширит ли Эмми-ка.
- Ширит ли Эмми?1 - казалось Ондрий не верит услышанному. Собеседник разводит руками.
Я же как идиотка переводила взгляд с одного на другого, не имея ни малейшего понятия о произошедшей трагедии. То, что произошла именно трагедия, было ясно с первого взгляда, точнее с интонацией.