— Значит, драурги бывают? И это не сказка?
— Это страшная сказка. Я не уничтожим, могу не есть, не пить, тело ссохнется, но я буду существовать в нем. Если очень постараться, тело можно уничтожить, например, сжечь, но я останусь духом неприкаянным здесь на этой стороне, за грань не уйду. Но не это главное, я связан заклятием хозяйки, я криллак на цепи, я не могу противиться ее воле.
— Тебе больно? — и Кима погладила его по седым волосам.
— Мне все время больно… Она из тебя хочет сделать подобную куклу. И не своими руками, она сама не может. Она прикажет мне, а я не хочу, но буду вынужден. Беги отсюда, пожалуйста!
— Но куда? На хуторе меня найдут.
— Конечно, найдут. Тебя и искать не надо будет, тебя свои же обратно приведут.
— Нет, не правда!
— Если бы! Это же они тебя продали.
Хуже страшной сказки бывает только страшная быль. Когда Кима оплакала предательство родни и вытерла слезы, уже начало светать.
— А теперь, девочка, послушай меня. Я так много знаю о внешней жизни, больше из книг и из памяти людей, но и немногое тебе поможет. Сейчас пойди на кухню, там еще никого нет, поешь и возьми с собой чего-то в дорогу. Денег у меня нет, но вот, — он протянул ей серебряный перстень с аметистом. — Чтобы тебя никто не заметил, я сделаю амулеты для отвода глаз из твоих малахитовых заколок. В малахит прячут плетения эльфы, я постараюсь сделать похожие. Подобная магия мне дается тяжело, но я надеюсь, что они продержатся хоть несколько дней. Ты только постарайся магам на глаза не попадаться, а то вопросы будут, откуда у тебя такие странные эльфийские артефакты.
— А как я магов отличу?
— Да, тут загвоздка… Дай-ка на минуточку перстенек, — Кайлас помудрил над аметистом. — Вот, теперь это не просто колечко с камушком, а магический артефакт — маячок, определяющий магов. Будет ли точно показывать цвет — не знаю, но надеюсь, что да, но тебе это и не важно. Тебе просто надо держаться от них подальше. Лучше пойти в столицу, в большом городе проще затеряться. Там за еду и кров можно найти место посудомойки в трактире. Но ты сначала зайди в храм Афари, последние несколько лет в Союзе мода брать свидетелями клятв невинных детей, считается, что им благоволит честная богиня. Попытайся, может быть тебя возьмут послушницей. Там тебя и грамоте обучат, и никто не обидит, а самое главное наша ведьма в храм Афари не сунется, даже если найдет тебя там.
Кайлас вышел с девочкой во двор, криллаки не подали голоса, разбежались поджав дрожащие хвосты. Серый маг проводил девочку до ворот, это был его предел, дальше не мог. Он и выйти из подземелья решился, потому что хозяйка в эту ночь крепко спала.
— Прощай Кими, удачи тебе.
— Я когда-нибудь увижу тебя?
— Не знаю, я, к сожалению, не провидец.
— Я вырасту, найду тебя и освобожу.
— Непременно, я буду ждать… Ты только вырасти, обязательно вырасти!
На кухне уже все кипело, шкворчало и румянилось, а хозяйка все не появлялась. Вчера она долго просидела в гостиной, общаясь с бутылкой рома, уже который день не могла успокоиться после посещения Хейльда. Ведь это ж надо, она не без основания рассчитывала на благодарность и соответствующее вознаграждение от Великой Эльды аль Хейльдинг за заботу о ее ребенке. Но мелкий паршивец заявил своей вспыльчивой мамаше:
— Тетя — бяка. Она Ка'яса абизяет и Ай'ика тозе.
Вдобавок вцепился в своего желтоглазого гувернера и закатил скандал, требуя, чтобы добрая родительница купила раба для него. Свернуть бы сразу неблагодарной малявке шейку и не таскаться по сырым лесам. А тут после всех хлопот еще и грязью поливают.
— Асса Галенгейра, Вы не встанете к завтраку?
— Какой завтрак?! Скоро уже обед.
— Так я и переживаю, а Вы еще не вставали.
— Я, в конце концов, у себя в доме могу делать, что мне вздумается и как мне вздумается! — ведьма перешла на визг. — Пошла вон и не смей меня беспокоить!!!
Через комнату со свистом пролетело зеркальце в роговой оправе, служанка не успела от него увернуться. Через полчаса хозяйка все-таки соизволила показаться в столовой и откушать кофе со свежими булочками.
— А где же наша девочка, почему я ее не вижу? Позови.
— Позвать Кими? — переспросила Абира.
— А разве тут еще есть девочки? — процедила ведьма и нервно притопнула ногой.
Рабыня опрометью выскочила в коридор. Вернулась она подозрительно быстро и с лицом, взволнованным как лужица на ветру.
— Ну, и долго я буду ждать? Почему ты ее не привела?!
— Асса, ее нет, ее нигде нет, — и рабыня загородила лицо руками, опасаясь удара чем-нибудь, но спасать пришлось уши. Голос ведьмы сорвался на самом верхнем звуке. Слуги обшарили весь дом и двор, но девочки нигде не было. Асса Галенгейра исступленно дергала свои длинные волосы, ее румянец стал багровым.