Торкана неохотно согласилась с моим предложением. Видно, что отпускать от себя Одрика, для нее как нож острый, но что-то ей Дик такого сказал, что она решилась отпустить любимого одного.
Белый маг, гордо вскинул голову и пошел вниз, перебирая по склону длинными худыми ногами, аки журавель. Я уселась на свой мешок, прислонилась спиной к нагретому Андао камню и приготовилась вздремнуть.
— Анна, ты что, взаправду собралась сидеть тут, а он там один…
— Кани, на нем защита, он предупрежден. Что с ним случится? Может он и вправду сумеет договориться? Только на каком языке он будет переговоры вести, на пальцах что ли? Ну, если что, то Учитель позовет на помощь. Мара, охраняй.
— Как ты можешь спать в такое время?
— Кани, сейчас в пустыне уже утро, я всю ночь была на ногах. Если я посплю пару часиков, то это всем пойдет на пользу. Я и тебе советую поспать.
— Нет, я спать не буду.
— Ну, как знаешь…
Девушка стала нервно ходить вокруг портала, а я закрыла, уже слипающиеся глаза.
"Мара, ты там поглядывай, за этим пацифистом. "
"Кем? Кем? "
"За Одриком. Если что не так, сразу транслируй мне картинку. Поняла? "
"Да. Если эти… туземцы сюда полезут, что мне делать? Можно я их съем? "
"Нет, есть, пожалуй, вот так сразу не надо. Просто разбуди меня. "
И я блаженно заснула…
Мне приснилось море, пылающий всеми красками закат. Огромный костер на берегу. Нарядные, все обвешанные цветами, пляшущие вокруг огня туземцы-гоблины. Над костром вдруг возник, висящий на громадной треноге большой котел. В котле, спеленатый, как куколка бабочки, плавал Одрик. От веревок были свободны только его руки и голова. Вода вокруг него уже парила, а он руками выбирал из плавающих в котле овощей самые вкусные и ел их. Один из особо аппетитных кусков он бросил в меня и попал чем-то мокрым мне в лицо.
— Хозяйка, проснись… — Мара вылизывала мое лицо, — а то Белого мага скоро сварят.
О, Пресветлая! Его же на самом деле собираются съесть! Я вскочила на ноги как ошпаренная. Кани свернувшись калачиком, тихо спала у соседнего камня.
— Торкана, просыпайся! Там из Одрика собираются сделать заливное.
— К-какое заливное?
— С овощами, если только он не все их съест, прежде чем сварится. Мара бери наши вещи, пойдешь сзади.
Пока Мара лениво перетекала в Марика и собирала мешки, мы уже бегом кинулись вниз по крутой тропе. Я на бегу достала сестер и подлила магии в активированную защиту. Сзади бежала Торкана.
Крутой склон закончился, и мы влетели в джунгли. Тропа петляла между высоких, заросших лианами стволов. Внизу было почти темно, только шуршали под ногами опавшие листья. Несколько раз, из густых зарослей, в нас летели стрелы и камни. Но мы бежали слишком быстро и все это, колюще-режущее, пролетало мимо. Впереди была поляна, а за ней должен быть заслон. Я бы его там поставила.
— Держись за мной и не отставай! — прокричала я на бегу Торкане.
И хотя мне показалось, что я бегу на пределе, пришлось, вырвавшись из чащи, еще ускориться. Тело машинально вошло в режим уклонения, и я стала на бегу метаться по поляне из стороны в сторону, уклоняясь от летящих в меня предметов и клочков заклинаний. Встречи со всеми предметами избежать не получалось, стрелы без магии пропускала сознательно, они просто отскакивали от защиты. Часть направленных на меня плетений я принимала на сестер, и они рвали их в клочья.
Я перекатом вломилась в густой кустарник, рядом со мной в землю воткнулись два копья. Кани перепрыгнула через меня, барахтающуюся в кустах, и, не обращая внимания на попытки местных жителей разрезать ее на части или превратить в подушечку для булавок, бегом кинулась по тропинке дальше. Во что любовь с человеком делает! Пришлось ее догонять.
Краем глаза заметила, как Марик возникая из ниоткуда, за спинами нападающих, бьет их кулаком по голове, иногда добавляет ногой в пах и кулаками по корпусу, и опять исчезает, развлекается, как может. Больше на нашем пути засад не было и мы, не сбавляя темпа, выбежали в огромную почти пустую деревню. Большие, стоящие на высоких сваях, дома, с плетеными стенами и крытые пальмовыми листьями. Издалека, от моря доносился грохот барабанов.
На краю деревни мы проломились через жидкий заслон, из украшенных цветами гоблинов, и выбежали на пляж. Гоблины с криками кинулись от нас в разные стороны, не желая вступать в близкий контакт.
Все как в моем сне: костер, котел и плавающий в нем спеленатый поверх его защиты Одрик. Только замотан он был целиком, так что поедание овощей из котла — это уже моя фантазия, видимо воспоминание о голодной студенческой юности.