— Все. Дальше ты, Марусь, как-нибудь сама.
Мара тяжело вздохнула, глядя на приставную лесенку. Но, ничего не поделаешь, сама в это ввязалась. Вот она разделилась и перетекла в Марата и еще одного дюжего мужика из засады, с туповатым лицом, он, помню, еще помогал нам с Коди. Они вместе поднапряглись и быстренько затащили этот груз наверх, там что-то загремело…
— Тише вы! — Вниз спустился один Марат. — Что там у вас случилось?
— Да, мимо гамака его положили. Не помещается он там… ноги слишком длинные. Пришлось положить его на полу. Но я его одеялом закрыла и подушку дала, хотела снять сапоги…, но он брыкаться стал, и я решила, что не стоит.
Тук-тук… тук-тук… тук-тук… стучит в висках… Во рту сухо как в самом сердце пустыни… Одрик попытался открыть глаза, но ничего не получилось, даже магическое зрение отключилось…
"И зачем было так напиваться? " Колоколом загудело у него в голове…
— ЗААМОООЛЧИИИииии… — прошипело в горле… Благословенная ТИШИНА… Сон, похожий на темный колодец.
Из глубины этой черной затягивающей темноты Белого Мага вырвало тихое поскуливание и ощущение теплого влажного полотенца, заботливо протирающего его лицо… Но сил открыть глаза по прежнему не было, однако постепенно вернулись тактильные ощущения… И Одрик решил, хотя бы попытаться понять где он, на ощупь проверить окружающее пространство.
Он лежит на чем-то жутко твердом, упираясь щекой во что-то, а под пальцами рук что-то гладкое и округлое, явственно расширяющееся к низу, как бок женщины затянутой в шелковое платье… Перед Одриком мелькнул кусочек только что просмотренного бреда и он с криком открыл глаза и оттолкнул, то гладкое и округлое, то что только что страстно обнимал.
Перед ним в безумном танце закружились полосы света из узких окошек, нависшие сверху толстые балки и большая керамическая ночная ваза… "Ага, гладкая и округлая…" засмеялся Учитель.
Тут в люке пола показались знакомые головы и стали кружиться, кружиться и говорить басом:
— О, ты все же проснулся… А меня хозяйка прислала. Вот, пей… — И Мараты принялись совать в дрожащие руки мага несколько огромных кружек.
— Что это?
— Он еще спрашивает. Пей, лучше станет. Тебе бы потом еще пивка… Болезный ты мой.
Одрик честно попытался взять одну из кружек в руки, но она дрожала, колыхалась, уворачивалась, и он все время промахивался. Но потом он все же поймал одну из неуловимых кружек и попытался удержать ее в руках, но она плясала и вырывалась, так что грозила расплескать все содержимое.
— Что ж ты так-то… Подожди чуток… — Марат отобрал у мага кружку и со вздохом огляделся по сторонам. — Тары тут у тебя какой-нибудь нет? — Он поводил носом по сторонам…
— Ладно, так глотнешь… — И достал из запазухи небольшую серебряную фляжечку. — Пей, страдалец. Вот хозяйка велела в тебя влить, два глотка не более. Выпьешь, и тебе сразу легче станет.
Одрик попытался оттолкнуть от себя фляжку с жутким алкогольным духом, но Марат ловко приложил к обветренным губам мага фляжку и, не обращая внимания на его возражения, принудительно влил в него пару глотков крепкого гоблинского рома. Одрик закашлялся, из его глаз покатились потоки слез. Ром ухнул куда-то в глубину, напугав только что очистившийся желудок, а потом благодарным теплом растекся по дрожащему телу. Тошнота стала отступать, дрожание рук стало заметно меньше, а кружение стало медленно останавливаться.
— Ну, вот, а больше то и не надо… — Марат огляделся по сторонам и тоже налил себе в рот из фляжки, покатал немного ром во рту, задумчиво проглотил. — И все же пиво лучше… да и вкуснее. А ты давай теперь пей чай… Его тебе на кухне смиз Стейна из цветов какого-то кактуса заварила, ну и еще кое-какие травки добавила. Пей…
Одрику при одном упоминании кактусов опять стало плохо, он страдальчески закатил глаза.
— Ты чЁ? Здесь все натур продукт! Никаких генно-модифицированных добавок, без балды. Ты мне веришь?
— Марат, у меня башка не соображает, говори, пожалуйста, на велико-союзном наречии, а то я ничего не понимаю в ваших с Анной оборотах.
— Я тебя когда-нибудь обманывал?
— Пока нет…
А аромат из кружки и вправду шел замечательный, и Одрик сделал первый, неуверенный глоток. Напиток был теплый, но в тоже время приятно холодил рот и бодрил, желудок завопил: "дай еще, а то…". И маг уже уверенно выпил все содержимое кружки.
— Вот и молодчинка, вот хорошо… А теперь полежи немного, а я там сейчас баньку растоплю… Вещички чистые собери, и я как все там приготовлю за тобой зайду. Мне хозяйка велела тебя в порядок привести, да и мне с тобой здоровеньким веселей…