— Мара, у тебя есть возможность сделать доброе дело, — сказал Одрик, глядя на разыгрывающуюся трагедию.
— Ты разрешаешь его… э-э-э… добить? — маг, молча, кивнул головой.
Руки бедолаги-возчика перестали дергаться, выпученные от ужаса и дикой боли глаза остекленели и закрылись.
— Ваше распоряжение выполнено, — отчитался мужичок, довольно улыбнувшись, и, разнообразия ради, сладко рыгнув. — Только почему ты это назвал добрым делом?
— Ну, ты же его небольно убила?
— Нет, ласково, как только могла.
— Лучше сразу помереть, чем еще несколько месяцев заживо гнить. Организм у него крепкий, но ему было уже не подняться.
— Слушь, а может и…?
— Да, этого тоже оприходуй, а то, как бы он кого-нибудь из зевак не пришиб.
Мужичок бросился Одрику на шею чуть ли не с поцелуями.
— Отвали, а то передумаю! Лизаться будешь строго в собачьем виде.
— Как пожелаешь, хозяин, — демон вскинул руки в умоляющем жесте, — в собачьем так в собачьем. Только постой минуточку, дай мне понаслаждаться.
Демонячья мечта сбывалась, и Марик застыл, благостно истекая слюной и подняв глаза к прозрачному осеннему небу.
Бронированный гигант испустил дух, а толпа вокруг него сгущалась. Мясо бронтовага далеко не деликатес, но оно было свежим, а главное — ДАРОМ.
Заминка в пути оказалась им на руку, ювелирка только-только открывалась. Но оказалось, что хозяев еще нет, охранник только снимал многочисленные замки с дверей и ставен, а на сейфах еще и магическая защита, доступная только самому ювелиру и его дочке. Миловидная горничная, почти девочка, приглашала молодого господина с его с его неказистым слугой в дом, где они могут выпить чаю и дождаться хозяев. Но приезжий юноша, по-видимому, маг, отказался.
— Но у нас лучший выбор, Вы нигде больше такого не найдете, — уваривала девушка, опасаясь потерять клиентов.
— Не беспокойтесь, смиз. И готовьте чай, через полчаса я вернусь, и с удовольствием выпью.
— Вы, правда, вернетесь, асса?
— Я же сказал… А если еще пообещаете булочек к чаю, то могу поклясться. Да услышит меня Афари! — и Одрик вскинул руку вверх.
— Вот, хавчик на халяву предлагали, а его все куда-то несет… — бурчал вечноголодный демон.
— Марик, не зуди. Я сегодня с утра добрый, но могу и разозлиться.
Одрик наслаждался, может быть, последним солнечным днем осени, к вечеру пойдет дождь, а потом его сменит любимый снег. Но такого буйства красок, как в солнечный день золотой осени, не будет еще долго. Еще одно торговое заведение показалось Одрику заслуживающим внимания, и само здание было интересным, и наличие цветов в такую пору привлекало взгляды прохожих, а тем более людей успевших устать, от песчаного однообразия пустыни.
Лавка "Художественный беспорядок" оказалась эльфийской, что и следовало ожидать. И товары здесь продавались самые разнообразные, но с творческой составляющей: всякие симпатичные штучки, игрушки, картины, краски, музыкальные инструменты, красивая посуда, были и ткани с затейливым рисунком, и оружие с тончайшей гравировкой…
— Кисточки у них хорошие, какой-то пушной зверь…
— Мексиканский тушкан, — глухо усмехнулся демон за спиной у Одрика.
— Что? Ты знаешь, как он называется?
— Да так… проехали… — Марик ехидненько хихикал, прикрывая рот ладонью, чтобы не все чуяли содержание ее вчерашнего успеха.
С приветственным жестом у прилавка появился хозяин. Естественно эльф, но первый раз у Одрика при виде длинноухого не засвербело в носу и не зарябило в глазах (отряд охранников в Злых Камнях не в счет, у них армейские порядки).
— Я, пожалуй, возьму пару таких кистей.
— О, асса еще и художник, — эльф улыбнулся весьма сдержанно, чтобы не обнажались клычки, — тогда тем более Вам это должно понравиться. Я примерно такого и представлял, когда наносил надпись, но не думал, что им окажется человек.
— Спасибо айре, но я на несколько минут заскочил… И знаете, я не планировал приобретать ничего из живописи, не сейчас во всяком случае.
— А это не картина. Но хотя бы взгляните.
— Ладно, уговорили.
Эльф жестом указал Одрику на закрытый портьерой вход в комнату. Одрик вошел туда, чтобы только не обижать хозяина, и его взгляд уперся в собственное отражение в зеркале. Это была швейная мастерская!