Мы с Одриком дружно, почти в ногу идем по пустым мокрым улицам.
— Одрик, ты же местный житель. Так?
— Да, а что?
— Душа моя, мне тут сообщили, что ты в курсе истории, связанной со смертью жены сейна Калларинга. Не мог бы ты мне ее поведать. Подробностей мне не надо, так коротенько.
— Анна, а зачем тебе это надо? — сразу насторожился маг. Все же постоянное общение со мной на нем плохо сказывается.
— Ну как же? Помолвку с тобой мы сейчас расторгнем, а сейн сразу пристанет со своим предложением. И кто знает, может быть на этот раз он будет удачливей. Но в таком случае мне необходимо знать про его жену, и обстоятельства ее смерти.
Одрик весь напрягся, некоторое время мы шли, молча перепрыгивая или обходя лужи. Впереди показался небольшой скверик, женишок свернул туда и встал, переминаясь с ноги на ногу, как журавль на току.
— Анна, если бы меня про это спросил кто другой, я бы просто не стал отвечать, но тебе я расскажу… В общем, кто-то покушался его на дочерей, и небезуспешно. А сейне Дайдо попала под удар случайно, когда заслонила собой Лаки… Лакене.
— Кто покушался и как? Поподробнее, пожалуйста…
Еще несколько вздохов
— Это была магия… Странная ни на что не похожая магия. То, что выпило жизнь из Шайми, а потом убило сейне, оно… оно было похоже на прозрачных пиявок, а нити плетения были прозрачными. Не цветными, и не белыми или радужными, как у меня, а прозрачными.
Сразу вспомнился кусочек случайно подсмотренных воспоминаний женишка, на которые я наткнулась, когда искала предсказание пифии. Прозрачная сущность, проходящая сквозь тело, как пуля. На "пиявке" мерцают плетения, она слегка изменяет направление полета, она метит в девушку, но у нее на пути Одрик. Пиявка попадает девушке в грудь, я помню, как пиявка корчится на желтом стекле, как прожигают ее капли крови Одрика. ЖУТЬ… А вот про реакцию этих пиявок на кровь женишка надо будет подумать на досуге, что-то мне такое вспоминается, из тетрадочек дядюшки о магии крови.
— А того, кто все это плел, ты не видел?
Одрик опять занервничал, но все же ответил:
— Мне показалось… было далеко и я не уверен… Был кто-то в сером балахоне с капюшоном. Все!! Я не хочу больше говорить об этом. НИКОГДА!!!
Развернулся и почти бегом кинулся вперед по улице, не разбирая дороги и шлепая по лужам.
"Чего это он? " — задумчиво спросила Мара…
"Увидел собаку Баскервилей. "
"Где? "
"Не где, а когда. "
"А я испугалась… Неужели похожа? "
Быстро закончили все дела в ратуше и отправились на извозчике к Одрику в усадьбу. По приезде я отправила Сигвара за своими вещами, дом у бывшего женишка большой, и мне, как почти родственнице, место найдется.
Асса Вордер приехал в Каравач во второй половине первого дня осенних Дней богов. Он заехал домой, оставил вещи и поспешил с докладом в Тайную стражу. К его огромному удивлению полковника, велевшего ему сразу по приезде доложить об обстановке на заставах, на месте не оказалось. Маг, пожав плечами, отправился к нему домой, докладывать, так докладывать…
В усадьбе Дьо-Магро было тихо как в могильном склепе, а входная дверь была приоткрыта. Асса Вордер, недолго думая, пошел наверх, встреченные им по дороге слуги странно суетились и шептались по углам, оглядываясь на мага, но все же один из них проводил его до дверей курительной комнаты.
Асса Вордер постучал, и, не дождавшись ответа, вошел в комнату. Спиной к двери в кресле у не растопленного камина сидел полковник, напротив него стоял небольшой столик. На нем сидел маленький, серенький и словно побитый молью домовой демон, в одной лапке он держал маленькую, размером с наперсток кружку, а другой нашаривал в тарелке и методично отправлял в рот пирожки. Между креслом и камином валялась пара оплетенных камышом пузатых бутылок из-под рома.
Маг обошел кресло, чтобы встать перед начальством и доложить, если не по всей форме, то в меру своих способностей. Асса Вордер посмотрел на человека сидящего в кресле и не поверил собственным глазам, вернее, он узнал полковника только по мундиру.
Левый глаз человека в кресле заплыл и почти не открывался, а вокруг него наливался синим цветом огромный синяк. Волосы были всклокочены и стояли дыбом, а черный мундир был весь в крошках и щедро полит ромом.
Полковник на визит мага не обратил ни малейшего внимания. Он был полностью поглощен беседой с демоном, и, судя по всему, горько жаловался ему на жизнь:
— Не ты представляешь, Вайри! Они меня, меня, полковника Тайной стражи опоили… мерзавки. И я ничего, подчеркиваю… ничего не заметил. А эти сволочи… — Сейн махнул рукой в зажатым в ней пустым стаканчиком куда-то в сторону камина. — Они мне ничего не сказали… Представляешь?!? Ладно, давай выпьем…