— Болек, ты меня достал! Надо было пива меньше пить!!
— Так я это… сержант, надо мне… — рядовой приплясывал на месте, держась за причинное место, остальные рядовые стояли сзади и дружно скалились.
— Иди уж… БЫСТРО!!
Но Блека подгонять не надо было. Он засуетился, выбирая подходящее место, но, посмотрев на угрюмую рожу сержанта, кинулся в узкий переулочек между домами. Сержант между тем посмотрел по сторонам, на пустую улицу и на светлеющее небо. На вывеске ближайшего дома болталась огромная гусиная туша, ловко вырезанная из дерева. Замечательное заведение "Матушка гусыня", а вот другая вывеска заставила Пауля поежиться, и у него появилось плохое предчувствие. На яркой и по своему талантливой вывеске скалил зубы толстопузый гваррич. Трактир "Пьяный гваррич" был единственным в их районе, вход в который страже был заказан. Вся стража знала, что именно тут собираются легионеры — наемные убийцы и прочие столь же опасные личности, но ничего делать не хотела. А зачем? Вызовов в этот трактир патрульных отродясь не бывало, все вопросы легионеры решали сами.
Патруль стоял на месте и все дружно пялились по сторонам, а Болека все не было.
— Что он там так долго?
— Дык, это… он же терпел долго, вот и скопилось… — патрульные заржали.
Тут из проулка с вытаращенными глазами и болтающимися штанами вылетел Болек и со всех сил кинулся к патрулю, вопя во все горло:
— Сержант, сержант… там море крови… там все в крови…
— Что ты городишь? Там в проулке что, труп? — Трупами патрульных удивить было затруднительно, много их сержант повидал на своем веку, но рядового Болека трясло, и внятно ответить сержанту он не мог. — Гридмонд, посмотри что там…
— А почему я?
— Еще один вопрос и недельная гауптвахта тебе обеспечена. Иди, смотри, где там кровь.
Гридмонд мрачно посмотрел на сослуживцев и, не найдя у них сочувствия, медленно и осторожно вошел в проулок. А сержант, между тем, решил все же попытаться расспросить незадачливого подчиненного.
— Болек, пока Гриди ходит, объясни мне — что же ты там увидел?
А для освежения памяти, сержант схватил подчиненного за грудки и ощутимо тряхнул. Глаза рядового приняли несколько более осмысленное выражение, он собрался с духом и начал объяснять.
— Добежал я до конца проулка, стал отливать… и тут смотрю, задняя дверь приоткрыта. Мне любопытно стало, чо это дверь не заперта? Ну, я штаны подвязал, подошел и толкнул дверь-то. А там… там, все в крови… и она лежит…
— Где и кто лежит?
— Она… на кухне… в кровиии… — и Болек завыл. Сержант понял, что больше он ничего путного из этого своего подчиненного не добьется.
А вот второй страж сержанта не подвел. Гридмонд уже вернулся, вытянулся и стал докладывать по всей форме:
— Сержант, в переулке все спокойно! Никого подозрительного не замечено, можно пойти посмотреть.
— Патруль! Идем, проверяем, где там кровь… Болек, останешься тут, если что побежишь в караулку… — дрожащий, как лист на осеннем верну, Болек, энергично закивал.
Все остальные патрульные уже вошли в проулок, и сержант заспешил за своими подчиненными. Проулок был грязен и пуст. Уже достаточно рассвело и в сумрачном осеннем свете были хорошо видны и грязные стены домов и большие мусорные корзины и открытую настежь дверь, запретного для посещения стражей, трактира. Патрульные стояли перед черным входом и с ужасом рассматривали неприглядную сцену расчлененного женского трупа. Один из патрульных не выдержал быстро побежал к мусорным корзинам очищать организм от недавно выпитого пива и закусок, другой хмурился и переминался с ноги на ногу.
— Сержант, заходим?
— Да, ты что? Забыл что это за трактир? Нам туда нельзя…
— А чо делать-то будем?
Сержант, через распахнутую настежь дверь, смотрел на разбросанные по всей кухне внутренности какой-то женщины, лежащей у самого порога, и судорожно пытался сообразить, что же им в такой не простой ситуации делать. С одной стороны устав о ведении патрульной службы предписывал немедленно все осмотреть и вызвать с центрального поста дозноватчика. А с другой стороны был категорический, но устный приказ лейтенанта, и просто инстинкт самосохранения, которые строго запрещали патрульным под любым предлогом входить в это почтенное заведение. И тут внимание сержанта привлек кровавый след. Кто-то четырехпалый, с длинными когтями прошелся по свежепролитой крови и оставил на полу кухни очень интересный след.