Надо же, а он, оказывается, умеет не разбрасывать, если захочет.
– Почему ты сам с ней не поговоришь об этом? Ты уже большой мальчик, можно даже сказать мужик…
– Ну спасибо, обласкала, – скривился так, будто его заставили сжевать целиком огромный лимон.
– Всегда пожалуйста, обращайся. Так что тебе мешает сказать ей все честно?
– Думаешь, я не говорил? Говорил, много раз говорил. И последний наш разговор закончился тем, что она со мной не разговаривала целый год.
– О-у-у, – понимающе протянула, сочувственно смотря на Беса.
– Угу, – устало растер лицо ладонями, затем взъерошил волосы на своей пустой голове. А потом мои глаза полезли на лоб от такой его наглости. Этот тип просто взял и сел рядом со мной, да закинул свою лапищу мне на плечи, что мне аж пришлось ссутулиться под тяжестью его руки.
– Но все равно я тебе не буду помогать, – сбросила его конечность, вскакивая на ноги. – То, о чем ты просишь – это слишком жестоко, так что ищи другую дуру.
Я даже представлять не хочу на месте этой женщины свою маму (если бы я стала ее так обманывать). И так догадываюсь, как будет ей неприятно (это еще слабо сказано) узнать, что ее любимый сыночка водит родителя за нос.
Разворачиваюсь, полная решимости направляюсь на выход и замираю у самой двери, когда мне в спину доносится грозное рычание.
– Уволю!
– Не посмеешь! – резко разворачиваюсь, от негодования топаю ногой, не зная, как еще выразить все то, что сейчас рвалось наружу, но боясь наговорить лишнего, сдерживаюсь. Я себя знаю, у меня язык, как помело, иногда могу ляпнуть, не подумав. Угу, а он меня потом и правда уволит за неподобающее отношение к начальству.
– Еще как посмею!
Сжимаю крепко кулаки, сверля взглядом этого… даже не знаю, как его назвать покультурнее. В голове одни лишь только маты вертятся. Скриплю зубами, еле сдерживаясь, чтобы не наброситься и не расцарапать эту наглую морду.
– Знаешь, – цежу сквозь зубы, – о помощи не просят шантажом!
– Ну извини, – наиграно-виновато разводит руками, – меня учили, что все средства хороши для достижения своей цели.
– Не буду тебе помогать, так и знай! После такого, не буду! – разворачиваюсь и вылетаю из его номера так быстро, будто за мной гонится стая адских псов.
Весь день провожу в делах, а вечером ко мне приходит Кристина с расчетом. Виновато смотрит, но говорит, что ничего поделать не может.
Вот же…! Ну я тебе, Бес! Играть со мной вздумал! Не на ту напал!
Обещаю ей, что соберу свои манатки как можно быстрее и дожидаюсь, пока она покинет мой номер. Выхожу практически вслед за ней и иду в соседний. Дверь открываю своим ключом, благо у меня его пока не забрали.
– Да как ты смеешь?! – рычу от обиды, открывая дверь с ноги и залетая внутрь ураганом.
Нет, вы посмотрите на него. Сидит себе спокойненько и в ус не дует. Вершитель судеб нашелся! Считает, что меня можно так легко уволить и выставить на улицу?! Не бывать такому! Он, конечно, привык к тому, что в его кармане всегда полно денег и не привык думать о тех, кто ниже его по статусу. Ну ничего, сейчас я тебе втолкую, что так поступать нельзя.
– Я тебе говорил, что все средства хороши, – лениво отвечает, не отрываясь от экрана своего телефона, даже не взглянул на меня, словно отмахнулся от назойливой мухи.
– Ты бездушная скотина! Ты хоть представляешь, что ты сделал?
– Ну и что я сделал? Ммм? Уволил своего работника? Причем заметь не самого лучшего, – р-р-р-р, убью. Это я-то "не самая лучшая"? – Такое сплошь и рядом. Каждый день кто-то остается без работы, – беззаботно пожимает плечами, будто ему нет до этого никакого дела. Хотя о чем это я, ему действительно нет до моих проблем никакого дела.
– Ты уволил меня без причины. Просто потому, что тебе так захотелось. Просто потому, что я не согласилась изображать перед твоей мамой твою невесту. Просто потому, что мне стало ее по-человечески жаль, потому что ее сын-то еще говно.
– Так согласись, всего-то.
– А знаешь что? – выплюнула раздраженно. Бес лишь только бровь изогнул, типа "Продолжай, Его Величество изволит слушать." – Что я тут перед тобой распинаюсь. Тебе все равно не понять, каково это – перебиваться с хлеба на воду. Тебе не понять, каково это – искать работу, когда… – замолкаю, чуть было не ляпнув лишнего. – А раз я уволена, то не пойти бы тебе в ад?! Там тебе самое место!
Не буду ничего объяснять, даже если мне есть что терять, с таким его отношением – не буду. Плевать! С ним все равно, что со стенкой разговаривать. Как говорится: "Сытый голодного не разумеет". Вот точно сказано.