- Верно, - Белинда погладила моё плечо и убрала руку. - Альберт - ничтожество, а ты -одаренная фея с большим потенциалом и чистым сердцем.
Я хотела, было, возразить и напомнить, что у меня сложности с практикой. Особенно в стихийной магии. Но промолчала. Потому что ее слова пришлись по душе. Считаю я Белинду матерью или нет, отдельный вопрос. Но ее похвала имела значение.
.. .В суд меня переправили через портал. За мной явился высокий мужчина в темной мантии. Уточнил, понимаю ли я, для чего меня вызвали, а потом недовольно глянул на Кармину.
- Оставьте птицу в Школе, юная леди. В суде ей не место.
Сова гневно ухнула, демонстрируя нежелание подчиняться, а я закатила глаза.
- Если знаете способ приказывать этой птице, вперед. Мне она не подчиняется. И никому другому тоже. Даже ректору. Ей двести лет, и она считает себя тут главной.
Кармина в подтверждение опасно щелкнула клювом, и сопровождающий махнул рукой.
Мол, так и быть, пусть птица тоже отправляется в суд.
- Но если из-за нее будут проблемы, отвечать вам, леди Холланд.
- Хорошо. Мне, так мне, - проговорила я будничным тоном, а сама подумала, что не буду иметь ничего против, если сова приложит Альберта в темечко.
Переход много времени не занял. Минута полета в окружении разноцветных огней и мерцающих звезд, и вот я стою посреди коридора с зеленым ковром на полу и окнами, за которыми возвышаются горы. Я с трудом поборола желание рвануть к одному из них и полюбоваться видом. Поглядеть хоть на частичку магического мира, а то кроме Школы фей бывать нигде не доводилось.
- Будьте готовы к тому, что в зале много зрителей, - объявил сопровождающий, не одобряя сей факт. - В основном бывшие студенты вашего отца. Он пользовался популярностью, и у него много поклонников.
- Ясно, - пробормотала я, почувствовав себя крайне неуютно.
Поклонники? Вот прелесть-то какая! Пришли, значит, поддержать любимого наставника. И их не волнует, что он избавился от собственного ребёнка? Ну и мерзость!
- Саманта Холланд, проследуйте в зал! - раздался усиленный в разы голос.
Он звучал не из динамиков. Они тут отсутствовали в принципе. Видно, дело было в магии.
Я сделала глубокий вздох и рывком открыла дверь. Перешагнула порог, стараясь ни на кого не смотреть. Однако увидела достаточно. И трех судей за столом на постаменте, и толпу зрителей (ни одного свободного места в зале!), и самого Альберта на скамье у стены. Кожей ощутила его наполненный ненавистью взгляд. Будто убить им хотел наповал.
- Устраивайтесь, - главный судья указал на кресло рядом с окном и неодобрительно покосился на Кармину.
Я занервничала сильнее. Предстояло сидеть лицом к зрителям. Оказаться под прицелом десятков глаз. Глаз магов, находящихся не на моей стороне.
Или... не совсем.
Я быстро оглядела всех этих «поклонников» и увидела троих знакомых: леди Джеральдин, леди Харриэт Стоун, которая вчера вела практическое занятие, и... Келли Корнуэлл. Она подарила мне приветливую улыбку и помахала рукой, стараясь не привлекать к себе внимание остальных. Что ж, вот и у меня появилась группа поддержки. Насчет леди Стоун я не была уверена, но две другие зрительницы однозначно прибыли сюда ради меня.
- Назовите суду своё имя, - потребовал, тем временем, судья.
- Саманта Холланд, - я постаралась, чтобы голос не дрогнул на фамилии.
- Мы зададим вам несколько вопросов. Отвечайте по существу и откровенно.
- Хорошо.
- Вы знаете этого мужчину? - он указал на дражайшего папеньку, кривящегося, будто я уродливое насекомое.
Вопросы казались странными. Но, видно, этого требовал протокол.
- Да, знаю. Это Альберт Холланд. Мой... - я запнулась не в силах произнести слово «отец». Поэтому добавила: - Бывший декан факультета четырех стихий.
- Расскажите о ваших отношениях.
Я усмехнулась.
- Нет у нас никаких отношений. Общались раза три, и отнюдь не по-родственному. Из уст этого мага звучали исключительно угрозы. На иное он не способен.
По залу пронеслись неодобрительные шепотки. Группа поддержки не пришла в восторг от моих слов в адрес любимого наставника.
- Тишина! - приказал главный судья и снова повернулся ко мне. - Расскажите, как вы жили в человеческом мире, леди Холланд.
- Что именно? - не поняла я.
- Всё. О вашем детстве. С кем вы жили. Как с вами обращались. Ничего не упускайте.
Я нервно откинула назад упавшую на лоб прядь. Судья требовал слишком много. Как уложить восемнадцать лет жизни в короткий рассказ. И вообще мне совершенно не хотелось говорить о мире людей при всех этих «поклонниках». Для них люди - это низшая раса. А я - низшее существо, раз выросла среди них.