— Кое-кто скажет: о май год! что это за секси кун?! где мои глаза были раньше! — пропищал я, изображая девчоночий голосок.
— Надеюсь, так и будет, — смущенно кивнул Димка.
Майя
Тетю Оля мы недооценили: когда я, зевая, вышла на кухню, она уже сидела там. А ведь еще не было одиннадцати.
— Вот что бизнес благотворящий творит, — ехидно прокомментировала сей факт мама, пока мы с теткой обнимались и щекотались. — Просто ранний птах. Тебя там, в Африке, не подменили? Вуду-шмуду, все такое.
— Ой ладно, — тетя Оля вяленько махнула ручкой. — Жизнь всех меняет без всякой магии. На себя посмотрите.
— Ну насчет магии как сказать, — задумчиво проговорила мама. — Майка, не стой столбом, загляни к мелким. Лара и Жанна уехали на пляж, я их силком вытолкала, пусть хоть немного отдохнут от памперсов. Ой, Денька проснулся. Сейчас Степка заголосит.
Мама безошибочно определила, кто первым захныкал в детской. И да, через полминуты к Денису с ревом присоединился Степан.
— Ага! — оживилась тетя Оля, — Да покажите же наследников престола!
Но в детской она немного струсила.
— Они такие маленькие! Я боюсь! Уронить боюсь!
— Привыкай! — велела мама. — Вот тебе Степка.
— Почему именно Степка? — у тети Оли слегка дрожали руки. — В этом есть какой-то подвох? Он более обаятельный?
Я начала смеяться. Тетя Оля жалобно протянула:
— Я просто знаю свою сестру, Май. Это ритуал, да? Заговор родни! Я его подержу – мне самой такого захочется, и прощай жизнь, чайлдфри, да? Вы все спланировали!
Тетя Оля болтала всякую смешную ерунду, но в глазах ее была растерянность. Она осторожно придерживала Степке голову.
— Тьфу на тебя, Лёля! — рявкнула мама, поднимая из кроватки Дениса.
— Тёпыч не такой вертлявый, — не переставая ржать, объяснила я.
Степан полежал на руках у тети, подумал и вдруг радостно улыбнулся. Близнецы и до этого лыбылись во всю, просто так, за жизнь в целом. Но сейчас улыбка предназначалась конкретному человеку. Тетя Оля прослезилась, мама послала меня за телефоном, чтобы запечатлеть важный момент, и только Денис мрачно взирал на всю эту суету с маминых рук. А потом заорал. Денька хотел кушать. Суровая жизнь младшего брата приучила его к тому, чтобы сначала наслаждаться благами материальными и только потом абстрактными. И к тому, что сам о себе не напомнишь – никто не подсуетится.
Правда, на руках у тети Оли Денис успокоился. Он смотрел на гостью по-другому – с интересом, расчетливо.
— Правильно, — одобрила тетя Оля. — Запомни, перед тобой потенциальный поставщик машинок, лего, мороженого и конфет. Ой, он так задумчиво лобик сморщил! Аня, мне этот больше нравится! С ним у меня больше шансов договориться!
Приехали Лара с Жанной и полным багажником покупок и долго не могли разобраться, отчего мы все ухихикиваемся. Потом проснулся папа. В рейс он собирался более нервно, чем обычно. Но больше сидеть на берегу ему бы не разрешили – бункеровщик «Академик Семенов» ждал своего боцмана.
Пока я носила в машину свои книги и сумки, Алька отпросилась погулять. Я знала, что она страшно завидует тому, что меня отпускают к Оле, и сама боится устроить при всех жалостливую истерику. Родители заранее сделали ей профилактический втык, но выражение лица Алисы говорило само за себя. Хорошо, что тетя Оля надарила ей всякой африканской фигни: маечку, бусы, сережки и сумку с этническим принтом. Сестра немного взбодрилась, переоделась, обвешалась бижутерией и унеслась хвастаться фигней перед подружками.
Коллекция мамы пополнилась на тарелку с суровым африканским воином. Мне достались оранжевые штаны с жирафами. Они представляли из себя квадратный кусок ткани с завязками и могли превращаться в юбку. Я предвкушала, как надену их на пляж.
В машине тетя напомнила:
— Только на «ты», особенно перед моими друзьями. В кабаках сидеть тихо, не высовываться. Я молодая, мне бойфренда искать нужно. Поняла?
— Ага, поняла, — кивнула я, начиная привыкать к своеобразному юмору Ольги. Она ведь ни в какие кабаки меня не поведет, она еще жить хочет, а не помереть от руки моей мамы. — Только я еще маленькая, мне с алкашнёй тусоваться нельзя.
— Язва, — пробормотала Ольга. — Вся в Аньку.
Тут тете позвонили, она защебетала в гарнитуру, бдительно следя за дорогой. Я смотрела в окно. Только сейчас поняла, что все наши с мамой планы насчет путешествий из поселка в школу и обратно были утопическими. Пробки, жара летом, ледяной ветер зимой. Это только кажется, что ради каких-то отдаленных благ ты готов на все, а когда потом месяцок повстаешь по темени с саднящим горлом, организм просто скажет: «Ты как хочешь, а я вне игры». Все это я успела понять за насыщенные девятый и десятый классы. Даже поездки в бассейн стали тогда пыткой, а не удовольствием.