Плитка на кухне в квартире Дианы осталась от прежних квартирантов. Несмотря на то, что выглядела она вполне прилично, газ-контроль на ней предусмотрен не был. Короче, я слишком увлекся тем состоянием отстраненности, что сумел поймать в ванне, и эпично лоханулся. Чуть не взорвал весь дом. Вспомнил, как свистел газ и передернулся. Ну… блин. Попил чайку.
— Ты глухой? — раздраженно спросила девушка, поворачиваясь.
Ее темные глаза сверкали. Носик чуть вздернутый, губы пухлые, ноги длинные, волосы гладкие, до лопаток, – хорошенькая. Я немного расслабился и засмотрелся, забыв, в каком я виде.
— Глухой? — повысив голос, переспросила девчонка. Почти в ухо мне проорала. Это вернуло меня на землю из романтических грез.
— Да нет… Не глухой я. Я… отвлекся.
— Это ж как надо было отвлечься? — гостья распахнула окно настежь. — Я снизу почувствовала, а ты в той же квартире – и проспал. Проспал?
— Я… нырял. Погружался с головой… в ванне. Это… для тренировки, я спортсмен. Под водой плохо слышно… и ванная далеко от кухни.
Говорят, чистосердечное признание облегчает приговор. Более неадекватным, чем я сейчас выгляжу, мне все равно в этих темных глазах не стать.
— Нырял? — девчонка недоверчиво на меня зыркнула – я поправил полотенце. — Если ты не глухой, то почему запах не почувствовал в коридоре? Тебе в квартиру тянуло. Я позвонить боялась, стучала.
— У меня проблемы с обонянием. Я типа болел. Для меня многое до сих пор воняет как будто… рыбой. И латунью. Знаешь, латунные леера на судне?
Кажется, я тоже сумел ее озадачить. Какие леера? Что я несу? С другой стороны, это правда. Этот запах преследует меня уже второй месяц. Может, из-за вируса, а может, из-за тоски по Глубине. И вроде она поверила. Дернула плечом, но посмотрела уже спокойнее.
— Пожалуйста, — немного устало сказала девушка, проходя мимо меня в прихожую, — больше так не делай. И в окно нам байком не газуй, ладно?
Она вышла и быстро пошла вниз.
— А ты из девятой квартиры, да? — крикнул я в лестничный пролет. — А как тебя зовут? Ну… если что, чтобы обратиться…
Она ничего не ответила, лишь внизу хлопнула дверь.
— … за советом, — проговорил я в пустоту. — А то сами мы не местные.
Не, ну не лох ли? И так понятно, что она подо мной живет. Одна? Нет, там еще какая-то девчонка обитает, она мне еще на днях голову лечить пыталась насчет байка. Студентки? Снимают вместе?
Из квартиры напротив высунулась моя соседка по площадке, пожилая дама с хронически неодобрительным лицом. Вытаращилась на меня, мокрого, в полотенце и босиком.
— Здрасьте, — приветливо сказал я. И для большего эффекта обаятельно улыбнулся.
… После того крутого забега и жалобы тренера Марта опять ограничили в передвижениях. Ко мне приехать ему не разрешили. Причем, тетя Вика, по словам Димона, как-то мялась и не могла привести нормальный довод для запрета. Походу, моя маман уже начала в отношении Марченко свою «раздружительную» деятельность. Тетя Вика тоже не дура, просекла.
Телефон и доступ в интернет у Димки не отобрали, и то хорошо. Он сидел дома, отжимался и делал планку. Лицо у него, когда он мне позвонил, было бордовым после тренировки.
— Ну что? Как успехи?
— Майка к тете переехала, — отдышавшись, проговорил Март. — Теперь живет где-то возле школы. Мне ее мама сказала, чтобы я сам Майке написал – у них там дети кричали, ничего слышно не было.
— Дети? — удивился я.
— Ага, у Майки два брата родилось.
— Фигассе! Ефимова по-прежнему полна сюрпризов. Ты мне хоть фотку ее сбрось. Я ее и не узнаю теперь, наверное.
— Да нету у нее фоток. Вернее, есть, но там, как у тебя – ничего не видно. Майка не чатится и не поостится. Она учится.
— Ты ей написал?
Я налил себе кипятка в кружку с пакетиком. Из нового чайника. Электрического. Все утро и весь день сегодня ходил и прислушивался к звукам с первого этажа. Нашел место, где было слышно, что делается на кухне в девятой квартире. Моя соседка один раз ответила на трель телефона, засмеялась, а потом стихла на целый день.
Что она веселая, это, конечно, хорошо, но что она на кухню не выходит – странно. Уехала? На диете? Я сам в эту жару смог пожевать только рис с креветками. Рис сварил в мультиварке – не поленился и съездил за этим ценным во всех отношениях прибором в «Хаусхолд». Нафиг-нафиг.
— Написал, — кивнул Март. — Пока не прочитано.
— Ого, — я посмотрел на часы. — Где она шляется в такое время? А она точно… ну это… одна?