Глава 3
В окнах показались люди, дабы узнать, из-за чего переполох. Некоторые вышли на улицу, и вскоре вокруг собрался небольшой народ.
— Кто-то рылся в моих ящиках и разбросал по улице все мои украшения. И следы привели к тебе! — лицо Солли сильно раскраснелись от негодования, что еë хотела обокрасть соседка.
— Я не брала ничего! Я вышла и увидела его здесь, — губы дрожали, не находя места, куда вставить слова между сотнями слов всполошившейся соседки.
— Что здесь такое? — подоспела тётя Анабель.
— Оно было у тебя в руках. Ты хотела его спрятать! — не унималась Солли.
— Нет, конечно нет! Вот, держите, — протянула ожерелье, которое женщина тут же вырвала из рук.
— Оно стало моим последним шансом купить какую-то еду, а ты хотела отнять его!
— Соль, успокойся. — Анабель встала между ними. — Это где же видели, чтобы Тая так поступала?
Соседи совсем не узнавали милую, простодушную Солли. Лицо сморщилось от злости, волосы ощетинились, в глазах была агрессия. Кто бы мог подумать, что она умеет злиться? До этих самых пор казалось, что кроме вежливого предупреждения или угрюмого молчания, добрая Соль не может никак иначе реагировать на чужие проступки. И больше всего поражал еë внешний вид: ушла тридцатилетняя полнота, и осталась обвисшая кожа, талия и конечности стали чересчур тонкими, а скулы стали похожи на впадины. Голод также еë не пощадил. А будет ли вообще пощада, если все ресурсы сгорели, а на носу зима? Удастся ли людям сплотиться и всем вместе искать выход или они предпочтут кидаться друг на друга, как это сделала Соль с Тайлирой?
Глядя на потерянную, побледневшую девушку, всем вокруг захотелось еë защитить.
— Да, мы же все знаем еë. Знаем еë семью. Она никогда бы так не сделала.
— Ева, подтверди!
Услышав имя подруги, Тая осмотрелась и заметила её, стоящую в стороне с растерянным взглядом. Ева молчала, не решаясь произнести и слова. Еë мысли разбились на две части: с одной стороны, Тая никогда не посмела бы обокрасть свою соседку, с другой, она украла горсть запасов. Поэтому про себя Ева вынесла: «Виновна». А вслух промямлила:
— По-подтверждаю.
Немного успокоившись, женщина спросила:
— А как оно здесь оказалось тогда?
Все взглянули на Таю, словно она могла бы что-то добавить. И снова в эту минуту к ней пришли на помощь. Сквозь толпу просочился Морис и громко заявил:
— Да подкинули его, подкинули. Догадайтесь кто, — мужчина средних лет и невысокого роста окинул всех пристальным взглядом. Женщины лишь переглянулись, на что Морис раздражительно фыркнул: — Тëмный, дуры! Тëмный.
— С чего ты взял? — спросила Анабель.
— А с того, что мне тоже кое-что подбрасывали. Вышел как-то во двор и вижу: шинель чья-то валяется. Так потом появился сосед и чуть голову мне не снëс. Можно подумать, я бы стал ворованную шинель у всех на глазах рассматривать.
— Чтож ты раньше не сказал? — сухо бросила тётя Анабель.
— Так прежде, чем орать на девчонку, нужно сначала попробовать разобраться. Тёмный хотел вас всех натравить друг на друга, и вы, дуры, повелись.
Выслушав неоспоримые аргументы Мориса, Солли тихо подступила к Тае. Лицо еë стало мокрым от слëз, а голос выдавал дрожь.
— Прости меня. Прости, пожалуйста!
Соль упала на колени перед ней, искренне прося милости. Тая взглянула в еë красные глаза и не могла понять, что случилось: куда пропала недавняя враждебность, почему на смену пришли слёзы? Почему еë настроение так резко изменилось? Почему у всех нынче настроение так часто меняется?