Глава 4
Взяв с собой сушëные ягоды, Тая направилась к Ли, чтобы проведать и угостить малиной. Ради своего блага, она должна была остаться дома и позволить своему ослабевшему телу отдохнуть, а сознанию прийти в себя. Но сидеть, сложа руки, Тая не любила, а работы больше не было. К тому же, предчувствие чего-то нехорошего не дало бы уснуть.
— Тëтя Ли! — постучала в скрипучую, давно прогнившую и почерневшую, дверь.
Ли считалась весьма богатой старушкой, но жила беднее всех. В прошлые времена, когда, благодаря Тайлире, вся деревня разбогатела, каждый житель сделал себе новый ремонт, обновил мебель и пополнил шкаф роскошной одеждой. Но у Ли всë осталось прежним, поскольку новшества ей были не нужны. Лишь мирный и тихий конец - всë, чего она желала. Пожалуй, на такое стал надеяться каждый, после появления Тёмного.
Сколько бы Тая не стучалась, не звала, за дверью и шороха не послышалось.
«Она же всегда дома»
Завернув за угол, Тайлира нашла широкую щель в деревянной стене и заглянула в неë. Тëмная комната едва позволила разглядеть кровать, а ниже - тело старушки.
«Я так и знала, что что-то случилось!»
Немедля девушка подбежала к маленькому окну, которое Ли заткнула мешком с сеном от сквозняков. После нескольких попыток, мешок упал внутрь, и тонкое тельце легко протиснулось через оконное отверстие. Потолок был низким, и если обычный человек мог не пригибаться, то Тае с её высоким ростом было слегка некомфортно. Согнув голову, дошла до кровати, склонилась над телом и с облегчением выдохнула.
«Она дышит. Она жива»
Грудь старушки тяжело поднималась вверх, воздух шумно поступал через открытый рот.
— Ли… — шëпотом позвала Тая, дëргая старушку за плечо.
Она не приходила в себя. Тайлира поняла, что сама не справится, поэтому сбегала за Анабель. Пришлось позвать и Мориса, чтобы выломал дверь, которую, должно быть, заклинило. Ли уложили на кровать, полили холодной водой, и стали дожидаться пробуждения.
Мгновенно пронëсся слух, что зажиточная старушка потеряла сознание. И многие решили еë в тот же день проведать: и Ева, и Солли, все, живущие поблизости, пришли. Кто-то переживал, кому-то было любопытно, а некоторые имели свои скрытые причины. Стоило Ли очнуться, как все вокруг засуетились и стали окружать заботой.
— Не знала, что вокруг меня соберётся такая толпа. Такое чувство, будто вы все — мои родственники, и хотите, чтобы я вам наследство отдала, — удивлëнно глядела Ли на всех.
— Не шутите так, — сказала Анабель.
— Если хотите, можете отдать мне свою дверь в наследство, — Морис указал на бывший дверной проëм. — Она вам всë равно больше не нужна.
— Ты новую поставишь, — покосилась на него Бель.
— Где я тебе новую возьму? У меня дров толком нету, а тут ещё дверь вам делай.
— Она же замёрзнет, — произнесла Тая, указывая на старушку. — Сломанную дверь тогда в камин, чтоб тепло было.
— Да меня уже ничто не согреет, деточка, — вздохнула старушка. — Пора мне уже на тот свет.
— Да будет вам. Давайте лучше думать, как вас уберечь от сквозняков и гостей нежданных, — сказала Солли.
Тайлира обратила на неë особое внимание, вспоминая недавний конфликт, из-за ожерелья, которое так хитро подбросил Тëмный. И ещё к большему ужасу, она увидела Эмилию — ту самую соседку, которая застала еë вместе с Тëмным. Она тоже обратила на неë свой взгляд, и в нëм показалась искра страха и презрения. Тае хотелось куда-то спрятаться, закрыться от всех.
«Как я не заметила её? Боже. Её глаза так и говорят мне: "Предательница" И хуже всего: "Ведьма". Ну почему меня увидела именно она? Почему не кто-то другой? И кому она уже успела рассказать?» — суетливо размышляла Тайлира.
— Нас выручат торговцы, — заявила Анабель.
— Что-то я их не вижу.
— Запаздывают.
— Или их убил Тëмный, — предположила Ева, стоящая в обнимку с Таей.
Все замерли в ступоре. У многих побледнели лица и участилось дыхание.
— Это же он на вас напал?
Ли удивлëнно округлила глаза:
— Я не говорила, что это он. И не говорила, что нападали. Или не помню…
«Не может этого быть! Я знаю, что это не он. Ли просто потеряла сознание. Но всë же если это был он… Я ему этого не прощу»
— Да это от голода. Ева, ты тоже падала. И я, — вставила Бель.
— У меня одного всë нормально? — развëл руками Морис. — Вы себе травы не набрали, что ли?
Все удивлëнно на него посмотрели.
— В дальнем лесу есть трава, которую можно сварить и съесть. Вы не знали?
Женщины оглядели его: внешне он действительно не изменился, лишь выпуклый живот уменьшился.
— В дальнем лесу? И ты молчал? — Солли недовольно на него посмотрела.
— Я думал, вы знаете. И не надо так на меня смотреть! Не хватало ещё, чтобы ты и в меня вцепилась.
— Ты ходил туда один? Ты с ума сошëл? А если Тëмный?
— Ну а что мне, с голоду помирать, Бель? Пошëл, по-быстрому собрал.
— Мог бы и для нас собрать! — Солли стала превращаться в того незнакомого всем человека, какой еë видели возле дома Таи.
— Не смотри на меня так, сказал!
— Ты думал о себе!
— Да что вы тут опять начали? Соль, родная, хватит, — мягко попросила Анабель.
Солли с трудом задержала дыхание. Многое хотелось высказать Морису, и остальным, если найдëтся повод. Но перечить просьбе Анабель она не решилась, и утихла.
— А у вас осталась эта трава? — неожиданно спросила Тайлира. — Можно я еë сварю для Ли?
— Нету больше. Если надо - пойди нарви, — раздражëнно пробурчал Морис.
— Как называется? Покажете еë?
— Ну конечно, все наберут себе травы, а мне не предложат! — пылко прокричала Соль. Не желая больше оставаться среди "жадных" соседей, женщина тяжёлыми шагами направилась на улицу. И если бы на пути стояла дверь, то она бы непременно ею хлопнула.
— Что же это вы, — приложив руку к сердцу, охнула старушка, — ссоритесь в моём доме.
— Я еë верну, — Тая собралась последовать за ней, но объятья Евы не отпускали.
— Куда? Не иди за ней.
— Правда, лучше не стоит. Женщина совсем из ума выжила, — произнëс Морис. — Я теперь понимаю, почему родители назвали еë "солью". Такая же горькая и противная.
— Что ей вообще надо? — вспыхнула Ева. — Почему она решила, что мы ей чем-то обязаны?
— Многое о себе стала думать, наверное.
— Заткнитесь! — в голосе Бель послышался гнев. — Не смейте так говорить. Вы даже не представляете, что у неë происходит.
— Мне и не интересно, — низкорослый мужчина отвернулся, решив переключить внимание на другого человека. На Таю, — Завтра с утра покажу тебе траву.
Девушка молча кивнула, заметив недовольный взгляд Анабель, которая открыла рот, чтобы что-то сказать, как неожиданно стала голосить Ли:
— Покиньте мой дом. Спасибо, что пришли, а теперь выйдите.
Соседи немного постояли столбом, потом всë же стали друг за другом выходить.
— Тая, деточка, останься.
Тайлира изумлëнно глянула на старушку и вернулась к еë кровати.