- Не надо нам! - отрезала женщина. - Мы не нищие. Пусть терпит.
Гулким эхом эти слова пронеслись по Нестору, заставив его снова съежиться, как от холода. Ему вдруг захотелось как-то укрыть собой этого худого мальчишку от ледяных колкостей взрослого мира, глухого и чёрствого, и сказать ему, что... что... Да хотя бы просто крепко и молча обнять. Но, почувствовав знакомый комок в горле, он передумал. "Рано или поздно, его все равно сломают. Так пусть уж лучше это произойдет в детстве", - только и распознал он в том хаосе из скомканных мыслей, склеенных переживаниями, что встал на пути между сердцем и разумом.
- Позвольте я украду у Вас ненадолго юного гражданина, - обратился старик к женщине, который также остался неравнодушным к этой сцене. - Вы сможете немного отдохнуть в тишине, а мне бы пригодились его зоркие молодые глаза, чтобы исправить кое-какую деталь, - он кивнул в сторону левой руки, с которой снимал часы с потрёпанным кожаным ремешком.
Женщина впилась усталыми глазами в удивительно красивое лицо старца с ясным взглядом, которым он спокойно и ласково смотрел на неё. Она несколько смутилась, замялась, а затем махнула рукой со словами:
- Да забирайте его, хоть насовсем! Сил моих больше нет няньчиться с ним, - её голос надломился, словно порванная струна. Когда мальчик пересел вперёд и сел напротив старика, женщина беззвучно заплакала, скрывая слёзы под толстыми линзами.
Когда мальчишка уселся рядом с Нестором и старцем, все трое облегчённо вздохнули.
- Чем помочь? - озадаченно спросил он, косясь в сторону опустевшего сидения рядом с бабушкой. Он старался не подавать виду, что его глубоко ранили её слова. Она заменила ему весь мир когда-то, и теперь было больно наблюдать, как она, устав от нелёгкой жизни, отдалялась от него с каждым днём всё сильнее, оставляя за собой странный привкус пепла любви с оттенками горького равнодушия.
Нестор незаметно наблюдал за происходящим. Его не покидало ощущение, что всё это где-то он уже когда-то видел. Нестор отложил телефон и поймал на себе взгляд мальчика. Несмотря на то, что в целом он производил впечатление застенчивого и неуверенного в себе юнца, в его глазах таилась согревающая сердце теплота и неземная мудрость.
- Для начала нужно немного подкрепиться. Будешь? - и на сухой ладони пожилого мужчины оказались три карамельки в серебристой обёртке. - Бери, бери, сынок. Да не спеши. Не спеши... Две другие съешь потом, если сердце накроет тоска. Они ведь волшебные, знаешь? - он заговорщически улыбнулся, блеснув золотыми коронками.
Мальчик послушно положил конфеты в карман за пазухой и с любопытством уставился на внутренний механизм часов, которые старик уже успел вскрыть, осторожно держа их над старой обложкой книги.
- Так вот, смотри... Нам нужно произвести небольшую корректировку. Возьми, пожалуйста, эти щипцы, захвати триб... Да, здесь... И поставь вот сюда, - нараспев сказал старик, - Нестор, будь добр, помоги ему, пожалуйста.
Уже после того, как работа была завершена, Нестор удивился тому, что его назвали по имени.
- Простите, а мы с Вами раньше встречались? Откуда Вы меня знаете? - спросил он рассеянно.
- Да как тебе сказать, - усмехнулся старик и снова обратился к мальчику: - Сегодня ты славно потрудился, сынок. Большое дело сделали!.. Пусть твоя бабушка ещё немного отдохнёт, а ты пока побеседуй со мной немного... Ты уже решил, чему хочешь посвятить свою жизнь?
Мальчик растерялся.
- Да рано ж ему ещё о таком думать, - не удержался Нестор.
Старик покачал головой:
- Так обычно и говорят за детей взрослые, не давая им с ранних лет наметить дальнейший маршрут жизненного пути. А дети верят ведь и отвлекаются на всякую ерунду. А потом, когда приходит время поступать в институты, не могут вспомнить, зачем они здесь и чего они вообще в действительности хотят. Как раз таки сейчас - самое время! Душа ещё не спит, хоть и прислушивается к колыбельным, что звучат повсюду... Так и чем ты хочешь заниматься в жизни? - снова обратился он к мальчику.
Тот слегка выпрямил спину и серьезно ответил:
- Я врачом быть хочу. Хочу, чтобы люди становились здоровыми и счастливыми, чтобы я умел им помогать. Я бы и бабушку вылечил... н-наверное. Но, - его худенькие острые плечи снова осунулись, - она хочет сделать из меня адвоката. Каким был мой отец.
Нестор заметил, как за несколько секунд в глазах мальчика вспыхнула и погасла искорка. А кем же мечтал стать он сам в его возрасте? Уже и не вспомнить... Да и нужно ли?
- Эта профессия высоко ценится в обществе, - серьезно сказал он мальчику, забавно подняв указательный палец вверх. - Я, например, вот уже лет двадцать как адвокат. И за это время смог купить себе большой участок и построить дом в хорошем районе. Меня ценят, уважают, со мной считаются.