— Не-не-не, — активно закачала она головой, на самом деле просто играя высоким хвостиком. — Уже выбрала психологию, и никуда не сверну.
Я хмыкнула и обошла по другую сторону огромную лужу прямо на проезжей части.
— Кстати, я так удивилась, когда ты об этом сказала. Почему вдруг ты и психология?
— А что такого? Глядя на меня, ты можешь сходу сказать, что я не гожусь в психологи?
Люба вытянула губы «бантиком» и ужасно подкатила глаза, как делала всегда в детстве, чтобы напугать меня. Я толкнула ее в плечо.
— Нет, конечно. Просто… Да перестань ты так подкатывать глаза, мне самой сейчас психолог понадобится… Так о чем я? Ах, да. Думала, ты выберешь дизайн какой-нибудь или филологию. В крайнем случае, журналистику.
— Журналистику? Ужас какой. Ты встречала многих работающих по профессии журналистов? Их ведь сейчас пруд пруди.
Вдалеке я заметила маленькую собачку. Пришлось обойти Любу с другой стороны. Заплатить за это пришлось ее насмешливым взглядом.
— Ну… Может их сейчас учат вести свой блог? — Предположила я. — Мало ли, они все поголовно станут звездами «ютуба»?
— Когда станут, тогда я подумаю. А вот все эти «может», «а если» — это всего лишь когнитивные ошибки, а не мнение. Так что можешь даже не пытаться мной манипулировать!
Я сделала вид, будто жутко расстроилась, прямо как раньше, когда Люба не давала поиграть с ее куклами. Быстро-быстро заморгала, надула губы и сделала вид самой несчастной на свете.
— Ладно-ладно, можешь манипулировать, — со смехом сдалась Люба. — Только в пределах разумного, пожалуйста.
На это я уже была согласна.
***
Почему-то мне очень тяжело описывать то, как мы пили чай у деда Василия и бабы Нади. Представьте себе промозглую, дождливую осень со слякотью и грязью. Вы идете по полю, мокрая, склизкая грязь доходит до колена, все ботинки наполнились ею и отяжелели. И вдруг вы доходите до землянки, вам бегут навстречу, выхватывают из этого болота и относят к себе. Поят, кормят и всячески интересуются вашим приключением. Вы в долгожданном тепле, в сухой одежде и укрыты пледом. Вот примерно так я себя и ощущала. Наверное, еще никто так не интересовался мною просто из любви. Не из любопытства, желания посплетничать или из вежливости. Они интересовались именно мной.
— И что тебе эта Жаба сделать может? — Спросил дед Василий, намазывая хлеб маслом.
— Загубить мой аттестат, — хмуро ответила я, надеясь, что больше мне ничего не предложат. Еще до начала обеда мне пришлось расстегнуть пуговку на джинсах, но даже так вскоре все равно стало тесно.
— Ой, я тебя умоляю, — махнула рукой баба Надя. — И что он тебе даст, аттестат этот? Бумажка, как бумажка, тоже мне.
— Мама хочет, чтобы он был красный.
— Ах, вот оно что. Ну-ну. Ей-то он очень помог, — баба Надя придвинула ко мне мед, и я не удержалась от еще одного бутерброда с маслом и медом. — Девочка моя, ты так сама себя загубишь просто. Погляди, какая ты бледная! Тебе бы гулять больше, с ребятами общаться. Что тебе над бумажками трястись, как курице над яйцами? Погляди на Любу — спортсменка, красавица…
— Ба! — Смутилась Люба, но я никакого зла на ее бабушку не держала. С Любы и правда нужно было брать пример.
— А что я? Вы не поймите неправильно, я ж не говорю, какая вот ты плохая, а внучка моя хорошая! Сказать-то вот, что хочу — учеба еще не самое важное. У Любоньки вот и тройки, и четверки, и пятерки. А тесты-то свои тамошние хорошо решает, репетиторша хвалит ее. Спортом занимается. С подружками гуляет, — тут баба Надя пригладила внучку, будто кошечку. — И все оно как-то хорошо получается, смотришь — глаза светятся, радуешься за нее. А у тебя, моя дорогая, — обратилась она ко мне, — взгляд потухший-потухший, не надо так. В жизни этой никогда не знаешь, что приключается. А ты сидишь и из-за такой ерунды переживаешь.
Если бы так еще и мама думала… Но, чтобы не расстраивать бабу Надю, я согласно кивнула. Понимала, что это правильные слова, и все же не так все просто было. Я не могла просто подойти к маме и сказать, что не хочу быть отличницей. Почему? Потому что уже пробовала. Закончилось все красочным рассказом с ее стороны, что меня ждет участь ничтожества с подворотни, всеми брошенной и ненужной, и истерикой уже с моей стороны. Плавали, знаем.
— Ты же говорила, что к репетитору ходишь? — Вспомнила Люба, отложив чашку. — Ты же базу сдаешь, неужели она не может тебя подтянуть по текущим темам?
Баба Надя махнула на нас рукой и принялась убирать со стола.
— Хожу. Мы пока тесты вообще отложили, только и делаем, что решаем эти матрицы и интегралы, — ответила я и протянула кружку бабушке. Дед Василий на ее протянутую руку отрицательно покачал головой и продолжить пить чай.