После того, как я несколько раз перечитала сочинение и перепроверила ошибки, в том числе и логические, настало время переносить все в чистовик. Многие одноклассники к этому времени уже сдали свои работы. Но до конца экзамена оставалось еще полтора часа, так что я особо не переживала.
Вышла я предпоследняя. Зато в работе была уверена. Каким же усталым, должно быть взглядом, я провожала Сережу, когда он все написал еще два часа назад! Узнать бы у него, как он написал. Забрав телефон, я направилась к выходу, но тут, к моему удивлению, меня с ног сбила Люба.
— КАК ТЫ НАПИСАЛА? — Прокричала она мне на ухо. — Я выбрала про равнодушие, а теперь думаю — не дура ли? У нас почти все это выбрали, а, значит, это простая тема. Я теперь волнуюсь! ВОЛНУЮСЬ! Вдруг я опозорюсь на самой простой теме? Какой ужас — какой ужас!
Она принялась ходить по холлу школы прямо напротив дверей в гардеробную, где другие наши однокашники ожидали друзей.
— Думаю, нужно успокоиться! — Люба коснулась висков, помассировала их и стряхнула руки. — Все хорошо! Мы все сдадим! Это же как шторы, верно? На шторы же мы сдавали, так и тут сдадим, что страшного, верно?
Очень странно, но я сейчас была абсолютно спокойна. С улыбкой наблюдала, как подруга носится из одного конца в другой, абсолютно уверенная в том, что у нее все будет хорошо. Это я ей и прокричала, когда поймала проходящую мимо за плечи.
— А ЧТО НАПИСАЛА ТЫ?
— Девочки, вы ненормальные? — Вышла из комнаты Женя и покрутила пальцем у виска. — Другие еще пишут сочинения.
— Они на другом конце школы, отвянь, Косолапая, — ответила ей Люба и хотела замахнуться на нее балеткой, когда та отвернулась. Но я вовремя ее остановила.
— Мировой психолог, — заметила я, за что она наградила меня яростным взглядом. — Хорошо-хорошо, я отвечу, ласковая ты моя. Я выбрала тему «Смелость и трусость».
Люба посмотрела на меня, как на врага народа.
— Сложная тема… Наверное, только самые умные ребята решились ее взять.
— Так, не загоняйся! — Приказным тоном сказала я. — Ты умная, начитанная. Уверена, ты все написала на отлично.
Она хотела уже что-то ответить мне, но тут мне пришло несколько сообщений — выходя из аудитории, я включила звук на телефоне. Они приходили один за другим, и я никак не могла их проигнорировать.
— Спам? — Встревожилась Люба.
Я покачала головой. Это были сообщения от Сережи.
«Срочно».
«Пожалуйста, ответить мне».
«Ответь, как придешь с сочинения».
«Пожалуйста, позвони, как освободишься».
«Если просто не читаешь, тебе же хуже».
«Отвечай».
«Отвечай!».
И еще несколько в таком же духе. Мы переглянулись, и я тут же набрала его номер. Судя по его голосу, он бежал:
— Извини, надеюсь, ты выключила звук на экзамене, — тут же, задыхаясь, выпалил он.
— Что с тобой? У тебя все хорошо? — Спросила я. Люба прижалась ухом к телефону.
— Да. Да, если можно так сказать. Я тут такое узнал… Короче, бегу к школе, расскажу лично. Но это срочно.
— Да что такого могло случится за пару часов? — Меня действительно начинала пугать эта ситуация.
— Это касается твоего дяди.
Часть 9.
Мы втроем сидели на спортивной площадке около школы. Неловкие переглядки Любы и Сережи вскоре сошли на нет, ведь нашлись проблемы посерьезнее.
— Вот он просто так тебе рассказал? — Спросила Люба у Сережи, нервно сжимая прутья «лесенки».
Он кивнул.
— Я ведь иногда спрашивал его про отца. Они же когда пьют, то редко знают меру. Язык развязывался только так — главное, чтобы мать не слышала. Однажды она одного собутыльника чуть ножом не зарезала за одни только разговоры о нем.
По лицу Любы было видно, что мнение об этой женщине у нее невысокое.
— Мы вообще можем верить словам собутыльников твоей мамы? — Спросила я, почти не заботясь о том, как это может для него прозвучать. Здесь шла речь про дядю — только это волновало меня в данный момент.
— Конечно, — в голосе Сережи не было и тени обиды. — Я же говорю, у них язык развязывается, как не родной.
Люба взглянула на наручные часы.
— Еще только час дня. Быстро же они.
— Время интересует их в последнюю очередь, поверь мне, — с тяжестью в голосе ответил Сережа.
В голове почему-то было пусто, хотя разные мысли роились в голове. Но было такое ощущение, будто все они лишь немного касаются моего разума, не задерживаясь надолго. Скользили, прыгали то одна, то другая. Даже заболела голова.