— И этой девочкой был Альберт Эйнштейн, — прервала его я, и оба брата прыснули.
— Не знаю, поверил он или нет, но контрольные прекратились, — улыбнулся Сережа, заканчивая рассказ. — Такого теперь мы не делаем, постарели. В нас пропал дух авантюризма.
— А ты бы хотел что-то такое повторить? Представь сделать такое с Жабой — никакие слезы не помогут. Она пьет наши слезы на завтрак.
— Она мерзко с тобой поступила. Отвратительная женщина.
Зря я заикнулась о ней. Остатки настроения, кое-как пробудившиеся благодаря другу, прокисли. На душе вдруг вновь стало пусто и слякотно.
— Ты знаешь, не бери в голову, — Сереже приобнял меня за плечи, и щеки мои вдруг вспыхнули. — У нас через пару домов живет Вадик, он пару лет назад закончил одиннадцатый класс. Недавно домой приезжал, разговорились, я ему про это рассказал, переживал ведь за тебя сильно. Он и рассказал, что она всех валит, чтобы к ней ходили на дополнительные занятия. Так что проблема вовсе не в тебе.
— Что? — Смысл слов будто не сразу до меня дошел. Я остановилась. — Как занижает?
— Так сказала ему другая учительница по математике. Это такая у Жабы схема заработка. Кто успеет к ней записаться, и получит хорошие оценки. Вадик ходил к ее «конкуренте», хотя они в одной школе лет сорок работают, поэтому и получил тройку в аттестате.
Часть 11.
Во время зимних каникул не хотелось ни с кем говорить. Как назло, Слава звал нас с Ваней провести время вместе на котке или в кино. Мне было неловко отказывать, но каждый раз я сваливала все на домашнюю работу. Ваня также не горел желанием общаться. За неделю прибывания под одной крышей мы и пары предложений друг другу не сказали.
Читать совершенно не хотелось. Недочитанная «Эмма» Джейн Остин делила стол с «Сильмариллионом» Толкиена, «Убийством Роджера Экройда» Агаты Кристи и «До встречи с тобой» Джоджо Мойес. Я занималась читательскими «перекусами» — хватала книгу по настроению, читала пару абзацев, переходила к другой, а после все равно бросала это занятие. Чего-то мне не хватало, а чем заполнить это «что-то» я не имела никакого понятия.
Когда Ваня уехал, Слава потерял всякую надежду как-нибудь провести со мной время. Стал пропадать на работе даже в выходные. Мама брала дополнительные смены в одном из санаториев в курортном поселке. Я оставалась одна, совсем, как в детстве.
Учиться мне тем более не хотелось. Какая разница, сколько сил ты будешь прикладывать, если все может пойти прахом в один момент ради чьего-то заработка? Но душу кололо и нечто иное — если бы мама не отреагировала так остро, возможно, и четверка эта не задевала бы меня так.
Хотелось отвлечься, но это трудно, когда постоянно торчишь наедине с собственными мыслями. Есть не хотелось, ничего смотреть тоже. Отдушину я находила только в компьютерных играх — у Славы в кабинете стоял мощный компьютер, и он дал мне от него пароль. От Вани на нем осталось много классных игр: и новых, и старых. Так что я целыми днями играла и пила сок, но ровно до семи вечера, пока не возвращались родители. Потом я запиралась в комнате и делала вид, что ложусь спать.
Пока однажды на пороге моего дома не появилась Люба. Открыл ей Слава, оставшийся в тот день дома. Чтобы не пересекаться с ним, мне пришлось сидеть в комнате. Но вот он позвал меня, и я увидела свою подругу, без стеснений снимающую куртку и обувь.
— Мы с мамой сегодня едем в город, — без всякого приветствия начала она. — Походим по торговому центру, закупимся продуктами. Скоро ведь у Ба день рождения. И ты едешь с нами. Я тебя уже отпросила.
Я переводила недоуменный взгляд с нее на отчи… на отца. Оба стояли довольные и радостные. Мне совершенно не хотелось никуда ехать, тем более я еще не чистила зубы… пару дней. Но признаваться в этом, конечно, не собиралась.
— Давай, поезжай, — сказал Слава. — А то сидишь в четырех стенах, чахнешь. Так и каникулы пройдут.
Жаль он не знал, что раньше все мои каникулы проходили именно так. Кроме тех случаев, когда меня пару раз приглашала троюродная тетя в деревню. Но ее дети постоянно издевались надо мной, а она сама заставляла меня кормить их кур. Поэтому больше таких ошибок я не повторяла, на звонки не отвечала и попросила маму сказать, что я наказана и никуда ехать не могу.