— Дурная это затея, — тут же нахмурилась Ираида. Ей явно не нравилось возвращаться к этой теме. — Тем более, что твоя мама действительно повидала их немало.
При этих ее словах я отвела взгляд от двух сцепившихся у ног пожарников и вперилась в нее взглядом.
— Видела…
А что, если она не увидит его, а услышит? Тогда ей ничего не останется, кроме как сообщить Славе. И тогда он приедет и… Нет. Я же знаю маму — она быстро меня приведет в чувство и вызовет скорую. А уж потом будет звонить кому-то еще. Нет, для меня это не подходит.
***
Неожиданно Слава предложил заехать за мной на выходных, чтобы мы поехали с Лилей И Олегом выбирать коляску. Про маму было спрашивать неловко, так что я просто спросила ее разрешения. Надеялась, что она скажет, что ее тоже пригласили, но, конечно, ничего такого не случилось. Против она тоже ничего не имела, так что оставалось только в нетерпении дождаться заветной субботы.
Пока мы выбирали коляску, ничего особого не случилось. Это было утомительно и не очень интересно, зато мы много времени провели вместе. Лиля показалась мне более разговорчивой, но все еще такой же скромной. Славу она звала исключительно по имени и отчеству, да и то довольно редко. Олег показался ужасно усталым, ему будто и не хотелось где-то ходить и что-то выбирать. Но при этом каждую предложенную женой коляску осматривал и оценивал с дотошностью, будто выбирал новую машину. А когда за спиной остались пять магазинов и выбор был сделан, он будто оживился и предложил сходить в кино.
Навряд ли Славе вообще было это интересно. Скорее всего он просто хотел, чтобы я стала хотя бы немного ближе с ними. В кино мы смотрели какую-то совершенно глупую комедию, но не на ужастик же идти с беременной женщиной, правда? Каждый раз, когда меня пробивал смех, я машинально поворачивалась к Славе. Иногда мы переговаривались по поводу очередного странного поступка главного героя. «Ну, я сделала бы также», — улыбнулась я, когда герой на экране подстроил так, чтобы его противный сосед получил деревянной доской по лбу. «Да ладно, не верю. Ты скорее кинулась бы его спасать», — ответил мне на это Слава.
А вот когда мы приехали к дому, и выяснилось, что он не вернется со мной, тогда вся прелесть совместной прогулки куда-то испарилась. Тягучая, странная тяжесть сдавила мне грудь. Вот он сейчас уедет, и мы увидимся только через несколько недель. Разве это правильно? Я едва обрела этого родного мне человека, причем мне настолько легко и свободно с ним, что сегодня даже удалось съесть два наггетса, маленькую картошку фри и мороженное в общественном месте! Почему взрослые не могут оставить свою гордость и хоть немного подумать и о моих чувствах?
С этими мыслями я поняла, что именно сейчас должна сделать выбор. Они освещали фарами дорогу до калитки. Тогда я специально как будто запуталась в связке ключей, несколько раз не сумела попасть ключом в замок, а потом и вовсе схватилась за голову.
— Солнце, все хорошо? — Обеспокоенно спросил Слава в открытое окно.
Нужно было срочно что-то делать. Назад пути нет, нужно и дальше играть в недомогание. Но и обмороков делать нельзя. Мама быстро все раскусит. А вот если закружится голова, то она свалит это на изнеможение и недостаток еды.
Поэтому я сделала несколько маленьких шагов назад, схватилась за лоб и упала на колени. Да, так лучше всего.
Олег и Слава тут же выбежали из машины и принялись спрашивать о моем состоянии. Пришлось постараться их успокоить и убедить, что все хорошо, чтобы никому из них не пришло в голову вызвать скорую.
— Наверное, это просто из-за того, что я мало ем, — сказала я, пытаясь сделать голос одновременно твердым и слабым.
Слава отнес меня домой на руках. Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. Он тут же позвал маму и спросил, нужна ли скорая. Что тут началось! Олега послали за маминой коробкой с таблетками, Славу — за тонометром, сама мама принялась измерять мне пульс и задавать наводящие вопросы.
— Еще можно измерить сахар, — сказала мама Славе, и тот вновь скрылся за дверью.
Все начали бегать вокруг меня и интересоваться самочувствием. Вдруг я ощутила себя такой нужной, что даже порадовалась использованной уловке. Только когда Лиля тоже показалась в дверях, мне стало ужасно стыдно. Заставлять ее беспокоиться совсем не входило в мои планы.
— Мы же говорили, что ты мало поела, — сказала она, поглаживая огромный живот. Олег с ней согласился и добавил, что скромность в таких делах совершенно не нужна, а даже опасна.