– Вот, а говорила – читать не любишь. Возьми книгу домой, потом прочитаешь. А сейчас тебе пора идти ,а то мама волноваться будет.
Девочка встрепенулась, взглянула на большие настенные часы и засобиралась домой. Но вначале быстро перенесла всё на кухню, помыла чашки и блюдца.
– Приходи ко мне ещё в гости, Машутка. Не броди по улице одна. А ключ постарайся всё же найти. Если он дома, то нужно, просто, сделать большую уборку, и он найдётся.
– Хорошо. Приду в гости обязательно! Только , не завтра. У меня завтра занятия в изостудии и вокал. Я прихожу даже позже мамы. А ключ поищу в субботу, когда убирать с мамой будем.
И девочка, попрощавшись, убежала, звонко стуча каблучками по асфальту. Женщина закрыла двери на ключ, легла на диван, и ей ещё долго слышался звонкий детский смех и топот каблучков.
Нина только что вернулась с работы. День был не операционный , она не устала и пожалела, что Маша вернётся поздно , около шести вечера, из Школы искусств. Она мало общалась с дочкой. Работа операционной сестры в хирургии центральной городской больницы была тяжёлой. И иногда хватало сил, только, чтобы добраться домой, да накормить Машу ужином. Раздался звонок входной двери. Маша? Рано. Нина открыла.
На пороге стояла опрятно одетая старушка.
– Я живу в этом доме. Знаю Машу. Хотела бы поговорить с Вами. – Сухо, словно докладывая рапорт, быстро произнесла она.
Нина посторонилась , пропуская гостью в прихожую. Та вошла несмело и опустилась на пуф у зеркала.
– Извините, что без приглашения. У меня мало времени и сил. Поэтому прошу – выслушайте меня. Просто выслушайте. Вы знаете, что ваша девочка после школы ждёт Вас на улице? Именно там я с ней и познакомилась. Но на моём месте мог быть и педофил, и наркоман. Вы не боитесь этого? У вас растёт прекрасная девочка. А вы с ней так жестоки, заставляете чувствовать себя бездомной. – Женщина замолчала. Такая длинная речь далась ей с трудом.
– Вы пришли учить меня, как дочку воспитывать? Она должна ходить в группу продлённого дня. Я не знала, что она не остаётся в группе.
– Она не любит эту группу за духоту и шум. Она мне так сказала. Устаёт за уроки и не хочет туда идти. Берегите своё сокровище. Чтобы не жалеть потом. Развод с мужем и усталость от работы не оправдание. Помогите найти ей этот злосчастный ключ. И ещё одна просьба .– Женщина положила на полочку возле зеркала ключ необычной конфигурации.
– Это ключ от банковской ячейки. Когда меня не станет, заберите из неё, пожалуйста, семейный архив и небольшую сумму денег. Деньги потратите по своему усмотрению, а коробку с архивом закопайте , если Вам не тяжело, у изголовья моей могилы. – Женщина встала с пуфа, держась за стенку, и направилась к двери и уже от неё произнесла очень тихо, словно силы покидали её – Маше не говорите, что я приходила. Не стоит…
Нина села на место гостьи, взяла ключ, повертела его в руках и расплакалась. Ей было больно. Невыносимо больно от того, что эта старая женщина была права. И что оправдывать недостаток внимания дочке нельзя ничем. А ещё ей было больно от того, что она впервые осознала, что такое одиночество . Это , когда отдаёшь ключ от всей своей жизни в чужие руки.
Услышав знакомый стук каблучков Нина поспешно вытерла слёзы .
– Мам , а почему дверь открыта?
– Тебя ждала. – Улыбнулась и прижала Машу к себе.
– Ты плакала, мама? Почему у тебя глаза красные? Не надо плакать! А то голова будет болеть.
– Откуда ты знаешь, что будет болеть?
– Ну, я же , тоже, иногда плачу… А потом голова болит.
– А давай мы больше не будем плакать? Ни ты, ни я! Пойдём ужинать. А завтра идём в гости к обезьянам! Знаешь, что к нам в город приехала выставка маленьких обезьян? Вот, завтра выходной. Пойдём проведаем их.
– Нет, мам. Нам надо убраться в квартире. Может ключ мой найдётся?
– Мы его найдём после ужина! Уроки же на завтра учить не надо? Вот и займёмся поисками.
Они шли весёлые с выставки обезьян, обсуждая их повадки – выбирать из мисочки вкусняшки, оставляя полезную кашу на конец трапезы. Маша грозилась, что и она так будет кушать. Нина шутила, что доча произошла от обезьянок, если будет кушать, как они. Они уже доходили до подъезда, когда Нина услышала плачь и причитание одной из двоих, разговаривающих в сторонке, женщин.