Огнеплюй несколько секунд смотрел на неё с удивлением, потом в его глазах мелькнула злоба.
– Почему? – спросил он, нахмурившись и глядя на сестру, как будто она была в чём-то виновата.
Зелёная драконесса пожала плечами, потом кивнула в сторону Анджелики.
– Вот поэтому, – сказала она спокойно. – Ты видишь перед собой потомка твоего Мигеля, родившегося через четыреста лет. По крайней мере, это свидетельствует о том, что твой подопечный выжил. Что же касается остального, то можешь расспросить её саму, ведь она была знакома и весьма близко общалась с тем, кто жил после дона Мигеля и всё ещё носил фамилию Самбульо.
– Это правда, – подтвердила Анджелика. – Мне посчастливилось познакомиться с доном Клеофасом-Леонардо-Пересом Самбульо. Точнее с его духом пребывавшем в образе метлы. А так же с его дочерью, почти, что с моей тёзкой…
– Она тоже была духом? – спросил Огнеплюй, заметно волнуясь.
– Нет, она была живой. То-есть… Я наверняка не знаю, хотя может быть ей знакома тайна бессмертия или что-то в этом роде. Дело в том, что её называли Королевой ведьм…
– Что?!
Огнеплюй вскочил, расплескав остатки кофе, и несколько секунд смотрел на Анджелику, вытаращив глаза. Потом он сел, обхватив голову крыльями, и приказал:
– Рассказывай!
Оробевшей от его реакции девушке ничего не оставалось, как поведать историю их знакомства с духом метлы, который принял участие в преображении Драси. А также эпизод с Королевой ведьм, освободившей, в конце концов, дух своего отца из плена деревянного тела, и о том, как она увела его с собой сквозь Зеркало Правды, видимо в лучший мир. Она же подтвердила их родство, назвав Анджелику пра-пра-пра-правнучкой.
– Я ведь слышал эту историю, – сдавленным голосом сказал потрясённый Огнеплюй. – Драська тогда рассказывал, но я ещё не был знаком ни с кем из Самбульо, и Анхе не встретила первого из них, а соответственно не вошла ещё в их семью. А потом я просто позабыл рассказ брата, так-как жизнь подсыпала своих приключений за пятьсот-то лет! Нда-а…
– Так что сам посуди, – продолжала Мегги, – в дальнейшей жизни этой семьи тебя не было, и если ты появишься…
– То поломаю ход истории! – почти прошептал Огнеплюй, глядя в пустоту.
– Но может быть оно и к лучшему? – предположила Анджелика. – Кто сказал, что историю нельзя изменить? С людьми происходило и происходит много плохого, так почему бы это не исправить?
– Тогда ты исчезнешь, – сказал Огнеплюй, подняв на неё глаза. – Тебя просто не будет и всё.
– Но почему?
– И не только тебя, – вздохнул огненный попугай, не отвечая прямо на её вопрос. – Если историю сдвинуть, хотя бы на долю секунды, то всё пойдёт не так. Это будет совсем другая история, с другими людьми и событиями. Не только ты не родишься, а целые поколения до тебя не появятся на свет. Будут другие люди, но этих уже не будет. Это также относится к их окружению. Всего лишь одна маленькая неточность изменит судьбу целой страны, континента и всей цивилизации!
– Не понимаю!
– Давай-ка я объясню, – вызвалась Мегги. – Мы тут все драконы… то-есть люди… Ну, в общем, все мы – взрослые и понимаем, от чего на свет появляются яйца… Или дети… Точнее и то, и другое. Так вот! Для того, чтобы на свет появилась именно ты, необходимо, чтобы соединились твои родители, не так ли?
– Ну, да, я полагаю! – рассмеялась Анджелика.
– Представь себе, этого мало!
– То есть?
– Конечно, если твои мама и папа встретятся, полюбят друг друга, поженятся, то у них обязательно родятся дети, раз они люди здоровые и хотят обзавестись потомством. Но для того, чтобы у них получилась именно ты, они должны сойтись в определённый день, час, минуту и секунду. Даже долю секунды, потому что секунда это слишком долго! Понятно?
– М-мм…
– Любое живое существо, размножающееся половым путём, – продолжала Мегги, поправив очки, от чего стала похожа на школьную учительницу, – образуется путём оплодотворения яйцеклетки матери сперматозоидом отца. При этом задействован, бывает только один сперматозоид при огромном количестве претендентов. Это, как правило, самый сильный и… самый удачливый! Понимаешь? Он должен оказаться ближе всех, чтобы проявив быстроту, силу и наглость, опередить конкурентов, растолкать тех кто поближе, проникнуть сквозь оболочку яйцеклетки и слить свои гены с её. Если он чуть замешкается или окажется на микро-долю миллиметра дальше, то его место тотчас займёт другой! Казалось бы, какая разница? Ведь другой братец несёт такой же генокод и ничем не отличается от первого. И действительно, для родителей разницы нет никакой. Но в мирах нет двух одинаковых атомов, что уж говорить о сперматозоидах, представляющих собой схему живого существа? Абсолютно одинаковых их не бывает, а это означает, что при слиянии другого сперматозоида с той же яйцеклеткой получится совершенно другой человек!